Книга Бунт османской Золушки, страница 112 – Наталья Андреева

Усатый ворчливо спросил:

— Золото, не врешь?

— Оно стоит очень дорого, – улыбнулся Исмаил. – Спрячь его. Вернешься домой и купишь землю.

— Не много ли платишь за солдатскую похлебку? – прищурился усатый.

— Я плачу за жизнь, – твердо сказал Исмаил. – А она бесценна.

— Ладно, парень, приходи.

Солдат неторопливо спрятал в карман кольцо. К костру подходили и другие отведать похлебки.

— Парнишка из новеньких, – кивнул усатый на Исмаила. – Необстрелянный еще. Поможем ему, братцы. Не то убьют в первом же бою.

— Расскажите мне, как здесь и что, – серьезно сказал Исмаил, подвигаясь и давая место у очага вновь пришедшим. – Почему не штурмуете крепость?

Солдаты заговорили дружно, выражая свое недовольство сердаром. Только через час Исмаил оставил своих новых друзей и пошел искать Юсуф-пашу, чтобы спросить у него про шпиона в крепости. У Исмаила созрел план, как ему убить двух зайцев: расправиться с Султанзаде Мехмед-пашой и уговорить венецианцев сдать Канею. Сохранив при этом жизнь и османских солдат, и осажденных. Исмаил понял, что за два месяца осады все измучились и хотят мира. Но для переговоров нужен веский довод и нужен посредник.

Юсуф-пашу он нашел сидящим в деревянном кресле среди окруживших его военачальников. Они издалека смотрели, как растет насыпь у крепостной стены, и обсуждали новый штурм после того, как с этой насыпи откроют огонь турецкие пушки. Военный совет выглядел вполне мирно: никто никуда не торопился.

— Приветствую сердара, – низко поклонился Исмаил. Паши расступились, и Юсуф увидел гонца падишаха. Лицо сердара вмиг изменилось:

— Ты?!!

— Я так крепко уснул после сытного ужина и кувшина вина, любезно предоставленного мне вами, Юсуф-паша, что опоздал на совет. Думаю, мне простят это, раз я с дороги.

— Ну и наглец! – вырвалось у сердара.

— А кого же тогда зарезали? – вырвалось у одного из пашей. – Вы сказали, сердар, что ночью была вылазка осажденных и гонец падишаха мертв! Мы уже отправили в Топкапы письмо, где сообщили повелителю о случившемся и просим его милости за то, что не уберегли его посла.

— Мне удалось отбиться от нападавших, – насмешливо сказал Исмаил. – Хотя их было не меньше десятка. Вы ведь подтвердите мою храбрость, паши?

— О, это чудо, что ты жив! Хвала Аллаху! – кисло сказал сердар, воздев руки к небу. – Я напишу повелителю, что хранитель его покоев проявил невиданное мужество, отбиваясь от гяуров.

— Благодарю, – нагнул голову Исмаил. – А теперь могу я принять участие в совете? Падишах дал мне напутствие, и я должен донести до вас, паши, его волю.

«Бедный Али, – подумал он. – Это его зарезали ночью. Но волку, коли он хищник, всегда нужна жертва: беззащитный и доверчивый ягненочек. Я собираюсь загрызть вожака стаи, и мне нужна кровь десятка таких ягнят, а то и сотни. И я буду безжалостен. Спасибо тебе, сестра! Ты научила меня многому, пока я был еще ребенком. Твой изворотливый ум стал для меня маяком, я каждый раз, когда мне грозит смерть, представляю: а что бы сделала ты? Как поступила? Как ты сейчас? Тебе скоро рожать. И хоть бы это был мальчик…»

* * *

Прошло два дня и две ночи. «Я каким-то чудом все еще жив, – подумал Исмаил с усмешкой, ложась спать у очага, который сторожил его новый друг. – Они меня так и не выследили. Но это продлится недолго. Рано или поздно меня найдут и здесь. И снова попытаются убить. Пора действовать».