Онлайн книга «Бунт османской Золушки»
|
Валиде протянула руку, куда Исмаил с поклоном вложил чертежи. Кёсем-султан ждала, когда уйдет дочь. — Я раньше должна была догадаться, – сказала она. – Ты слишком красив для того, кому дозволено приближаться к женщинам нашей династии. За тобой теперь будут следить день и ночь. И за Фатьмой-султан тоже. А теперь давай посмотрим, во что обойдется казне затея моего сына… Она вышла в сад, чтобы погреться на солнышке. Кёсем-султан постоянно мерзла, а с годами ей стало неуютно в огромных дворцовых покоях даже летом. Кёсем-султан решила, что после того, как будет завершена стройка в четвертом дворе, она займется отоплением во дворце. Надо построить побольше печей для его обогрева. Дела, опять дела… Дела гарема, дела государства. Власть нельзя упускать из рук, иначе окажешься в Старом Дворце, в ссылке. А сын слаб, внуки еще малы. «Все сама», – вздохнула она, вглядываясь в цифры. Зрение тоже стало подводить. Она обернулась к Исмаилу: — Скажи на словах. … Султан Ибрагим сегодня был в отличном настроении. Зима закончилась, а стройка во дворе и на галерее шла полным ходом. Скоро у него будет много новых развлечений. В огромном бассейне, в струях фонтана будут плескаться обнаженные пышнотелые красавицы, и их владельцу больше не понадобятся снадобья Джинджи-ходжи. Одна только мысль об этом возбуждает. — Валиде просила немного сократить расходы, повелитель, – решился Исмаил прервать молчаливое созерцание падишахом бирюзовых вод Босфора. Солнце припекало почти уже по-летнему, и было удивительно тихо. А Исмаилу нужна была буря. Он начал издалека. — Что ты сказал?! – резко обернулся султан. — Валиде велела показать ей чертежи и сочла, что бассейн мог бы быть и поменьше. Расход воды… — Это не ее дело! – тут же вспылил султан. – Мать всю жизнь пытается за меня все решать! Но с этим покончено! Я – султан! «Хорошее начало», – подумал Исмаил и решил продолжить: — От повелителя скрывают судьбу его женщин, захваченных мальтийцами осенью. Султанзаде Мехмед-паша, похоже, не собирается ехать на Крит. — А что с моими женщинами? – живо спросил Ибрагим. — Этой ночью я прогулялся по Стамбулу. Слухи идут, повелитель. Их распространяют лавочники и ростовщики. Вам известно, как они недовольны, особенно лавочники. Вы ведь заставили их работать по ночам. Женщины были главной страстью султана Ибрагима, и он потакал всем их капризам. Недавно две его хасеки заявили, что любят делать покупки по ночам. И падишах указом повелел не закрывать с заходом солнца лавки. Что вызвало недовольство у торговцев. Женщины султана брали, что им вздумается, и не всегда платили за это в полной мере. А то и вовсе ничего не платили. Торговцы постоянно писали жалобы, надеясь, что султан вернет долги своих жен и наложниц. Ибрагим же только отмахивался. Кёсем-султан пока удавалось гасить это пламя. Она лично разбирала жалобы и выделяла деньги из казны, чтобы оплатить разорительные набеги на стамбульские рынки своих жадных снох. Но недовольство народа росло. — И что говорят лавочники? – раздраженно спросил Ибрагим. — Ваш любимец, сын кормилицы шехзаде Мехмеда, вы ведь помните его. — Помню, что мой сын так и не осмелился как следует дать сдачи, – усмехнулся султан. – Вот из того мальчишки вырос бы настоящий воин. |