Книга Мимо открытых окон, страница 117 – Брин Гринвуд

— Сегодня?

Неопределенность меня злила, хотя сердилась я не на Эйдена, а на Исабель. Почему она не может просто рассказать, что происходит? Зачем постоянно терроризирует меня неизвестностью? Ответ напрашивался сам собой: потому что в состоянии страха меня легче контролировать.

— Как одеть Джеки? – поинтересовалась я.

— Как обычно, наверно.

Ответ прозвучал весьма неуверенно, но я все-таки решила, что школьная форма дает иллюзию большей безопасности. В ночь, когда мордовороты убили Ли Сюэ, Джеки вышла на холод в пижаме.

Вечером я встретила Эйдена у лестничной двери с радостью, пока не разглядела выражение его лица. Внизу я поняла, почему он нервничал: Наполеон и Густав находились в фойе без присмотра. Исабель не было видно.

— Мне надо взять свой ноутбук, – спохватился Эйден. Видимо, он сообразил, что перепутал порядок, потому что со всех ног помчался по коридору в сторону комнаты Исабель. Оставшись в фойе с перевозчиками, я отчетливо ощутила опасность и притянула Джеки поближе к себе, чтобы прочно стоять между ней и ими.

— По-моему, Бритни слишком хорошо тебя кормит, – осклабился Густав и, прежде чем я успела что-нибудь сообразить, со всей силы ущипнул меня за бок. – Ты разжирела.

— Я приехала сюда толстой. И уеду тоже толстой. – Он явно меня недооценивал, если думал, что шутки насчет комплекции могут ранить мои чувства.

— Ты отсюда не уедешь.

Я изо всех сил пыталась не реагировать на его предсказание, но, видимо, безуспешно, потому что Густав гадко рассмеялся.

— Оставь ее в покое. – Эйден подошел с ноутбуком под мышкой; выглядел он встревоженным.

— А что ты мне сделаешь, если не оставлю, красавчик?

— Понятно. Считаешь меня привлекательным? На твоем месте я бы в таком не признавался.

До того времени Наполеон стоял в стороне, не вмешиваясь, но тут испустил сдавленный смешок. Это, по-видимому, взбесило Густава больше шутки садовника.

— Почему Бритни не вышла? – спросил Наполеон, пока Эйден пытался установить ноутбук, подключая провода, что Исабель всегда делала заранее.

— Она здесь, но велела мне самому заняться техникой. – Эйден нажал на кнопку включения и с облегчением выдохнул, когда появился пустой экран.

— О, малыша продвигают по службе, – язвительно процедил Густав.

Я подвела Джеки к ее месту перед экраном и хотела сесть слева от нее, однако Наполеон отрицательно покачал головой.

— Нет, она не должна присутствовать при разговоре, – пояснил он, словно я была предметом мебели.

— Она может посидеть вон там. – Эйден указал на три стула, стоявшие у стены.

— Нет. Раз ты выполняешь работу Бритни, сам и садись там. – Наполеон указал на крайний справа стул. – А она пусть ждет снаружи.

Я направилась к двери, но, вероятно, недостаточно быстро, с его точки зрения, потому что коротышка стал поторапливать меня, щелкая пальцами. Когда я выскочила в фойе, он закрыл за мной дверь.

Я прислонилась к стене, изо всех сил стараясь игнорировать Густава. Хорошо бы Исабель не пряталась в своей комнате, потому что обычно она не позволяла перевозчикам цепляться ко мне. Она обладала властью над ними; во всяком случае, они обычно ее слушались.

— Не сваришь мне кофе? – спросил Густав.

Я не хотела с ним препираться; я вообще не хотела с ним разговаривать. Поэтому пошла в кухню и включила кофеварку, но прогадала, поскольку он увязался следом. Мне надо было оставаться в фойе, поближе к столовой, чтобы в случае чего поднять шум, а теперь я оказалась в ловушке. Пока варился кофе, Густав перегородил проход, ехидно наблюдая, как я ищу пути побега.