Книга Пошел вон, Чернов!, страница 34 – Наталья Шагаева

— Нечестно, Кошка, себе хоть не лги, — снисходительно ухмыляется, словно выиграл в лотерею. И я сдаю себя с потрохами, залпом допивая игристое. Моя маска плывет рядом с ним. — Я выбираю поцелуй. Целуй меня, девочка моя, раз не можешь сказать правду.

— Ага, щас прям бегу, волосы назад, — фыркаю я. — Там на кухне есть масло.

— Какое масло? — не понимает он.

— Подсолнечное.

— И зачем оно нам? — прищуривает глаза. Кому, как не Руслану, знать, какая я ненормальная. Смеюсь.

— Смажь им лицо, чтобы не треснуло от избытка наглости.

— Ах ты зараза! — тоже смеется. — Не поможет, — качает головой. — Целуй. Ты солгала.

Перевожу взгляд на часы.

И нахожу весомый повод сменить тему.

— Чернов, без пяти двенадцать! — подскакиваю и встаю возле елки.

Руслан присоединяется ко мне, наполняет мой бокал до краев и плескает себе коньяка.

— Давай сначала выпьем за ушедший год.

— Давай, — киваю, пьяно улыбаясь.

— Этот год был, мягко говоря, хреновый. Но, наверное, он должен был случиться именно таким, чтобы расставить приоритеты. Пусть он теперь уходит. А следующий позволит нам начать с чистого листа.

Не совсем с чистого. Из песни слов не выкинешь. И имеем мы то, что имеем.

Но я не комментирую.

Чокаемся, выпиваем по глотку, переводя взгляд на часы, которые отсчитывают секунды до Нового года…

Всё. Двенадцать!

— Эх, жаль нет курантов, — вздыхаю я. — Ну что, с Новым годом, Руслан, — тяну к нему бокал. Снова чокаемся бокалами.

— С Новым годом, девочка моя, — совершенно искренне выдыхает он.

Пьем до дна, смотря друг другу в глаза.

Кажется, я забыла загадать желание. Ну пусть будет насущное. Хочу домой.

— Ну что, Кошка, целоваться будем? Ты мне должна, — хитро ведет бровями.

Ну вот и настало время. Кажется, я уже достаточно пьяна.

Смотрю на его порочные обветренные губы и хочу их.

Да, я хочу эту нашу ночь. Пусть она будет последней. Прощальной.

Ставлю свой бокал, забираю у Чернова бокал и подхожу вплотную.

— Будем, — дерзко произношу Руслану в губы. И обхватываю руками его шею, царапая затылок. — Не тормози, Чернов. Пользуйся, пока я пьяная и мне отшибло память, — шепчу ему.

И всё, его срывает. Он вжимает меня в себя за талию и впивается в мои губы, словно голодное животное…

Руслан

С животным рычанием впиваюсь в любимую шею. Слава замирает, судорожно выдыхая, царапая мои плечи острыми ноготками.

— Руслан, — пытается что-то сказать, закрываю ей рот поцелуем.

Нет. Всё. Меня уже ничего не остановит. Тормоза слетают окончательно. Мне кажется, я сейчас способен на насилие. Но, слава богу, насиловать не приходится, Кошка сама отдается, расслабляясь в моих руках, и позволяет мне вести.

Срываю с нее футболку, следом дёргаю штаны, под которыми ничего нет.

Да!

— Кошечка моя, — трогаю ее тело, сжимая в руках бёдра, талию, грудь. Грубо трогаю, потому что не могу сейчас по-другому. Мне нужно ее чувствовать и понимать, что моя.

Снова впиваюсь в ее шею, кусаю, тут же зализывая свои укусы. Чувствую, как Слава пытается снять с меня футболку. Игриво толкаю ее на диван. Кошка летит со смехом.

Сам раздеваюсь, срывая с себя, на хрен, футболку и штаны с боксерами. Кошка наблюдает, облизывая губы. Ее глаза совсем не скрывают того, как рассматривают мой уже каменный стояк. Она всегда его любила.