Книга Искатель 21, страница 77 – Сергей Шиленко

Но сейчас не время для воспоминаний; пора заканчивать с прелюдиями, я и так достаточно её раздразнил. Резким уверенным движением я перевернул нагу, подминая под себя и вдавливая её спину, а потом оседлал и приставил пульсирующую головку к её истекающему соками входу. Тиссин лежала подо мной тяжело, прерывисто дыша, в её глазах плескалась чистая похоть.

— Песок и море… — выдохнула она, облизнув пересохшие губы. — Я так скучала по тебе… и по твоему огромному размеру.

Я усмехнулся, жестко обхватил её груди, слегка сжимая и пощипывая затвердевшие соски. Тиссин выгнулась дугой, и в этот момент я подался вперёд, одним плавным, уверенным толчком погружаясь в манящие глубины.

Узкие, невероятно тугие стенки с жадностью сомкнулись вокруг моего ствола, плотно обхватывая и сопротивляясь растяжению, Тиссин издала высокий, срывающийся визг и отчаянно вцепилась мне в плечи.

Благодаря своей анатомии наги могли похвастаться впечатляющей глубиной лона, и я вошёл в неё на полную длину, ощутив, как головка упирается в податливое дно.

На несколько долгих секунд просто замер внутри, упираясь руками в подушку по обе стороны от её головы, дав себе время, чтобы перевести дух и насладиться пьянящим чувством власти. Бархатные пульсирующие стенки крепко сжимали мою плоть, привыкая к внушительному объему, Тиссин тоже нужно было мгновение на адаптацию. Её ладошки нежно гладили мою напряжённую спину, а губы уткнулись мне в шею; нага принялась с остервенением высасывать на коже багровый след, словно желая заклеймить меня, оставить свою метку.

Наконец я медленно потянул бёдра назад, её припухшие растянутые лепестки с неохотным влажным чавканьем скользнули по стволу, словно отказываясь отпускать свою добычу. И тогда, низко зарычав сквозь стиснутые зубы, я нанёс первый мощный удар, вколачиваясь в неё до самого основания. Тиссин ответила долгим вибрирующим стоном.

Потребовались всего несколько десятков интенсивных фрикций, чтобы физиология наги показала себя во всей красе. По мере того как она приближалась к пику, узкое лоно начало работать в буквальном смысле как вакуумная помпа.

У женщин-наг имелась одна чертовски приятная видовая особенность: приближаясь к оргазму, их внутренние мышцы начинали пульсировать и всасывать мужскую плоть с такой невероятной силой, с которой не мог сравниться даже самый искусный и страстный минет, и, судя по силе всасывания сейчас, она была в абсолютном восторге.

Эта живая горячая ловушка тянула из меня все соки, требуя разрядки. Я скрипнул зубами, стискивая её бедра, и ускорил темп, вколачиваясь в неё с животной яростью. Её ненасытная утроба массировала меня так интенсивно, словно задалась целью выжать из моих яичек каждую каплю семени, а заодно и содрать кожу со ствола. Удовольствие становилось настолько острым, балансирующим на грани сладкой боли, что порой после таких сеансов «награждения» мне требовалось немало времени на восстановление, чувствительность зашкаливала.

А если Тиссин вдруг казалось, что этого вакуумного захвата недостаточно для понимания её восторга, она пускала в ход голос. Моя прекрасная чешуйчатая любовница превращалась в самую настоящую сирену, от децибел которой реально закладывало уши. Благо, что комната отдыха для персонала была оборудована отличной звукоизоляцией, хотя, учитывая моё появление и то, как быстро мы скрылись за дверью, готов поспорить, каждый сотрудник в штаб-квартире «К и О» прекрасно понимал, чем тут занимается начальство.