Книга Sex под запретом, страница 86 – Анель Ромазова

— Я в ленте у Амина увидела твоё объявление, так обрадовалась и попросила его прям с вокзала, ехать смотреть, мало ли перехватят, — ошарашивает меня лань вот так, без подготовки.

Костров разместил у себя мой пост с объявлением. Они приехали вместе. Амин встретил её на вокзале.

Прекрасно.

Какие отношения их связывают, мне должно быть пофиг, но меня ревностью, как той наждачной бумагой обчёсывает изнутри и отправляет в нокаут.

— Кристина, простите, ничего не получится, — меня посадят за убийство Лекса, а квартиру опечатают жёлтой лентой, как место преступления.

— Почему? — лань глядит на меня чуть не со слезами.

Грубо ей отказать — это как невинного младенца выпороть ремнём. Я активно против телесных наказаний, кроме отрывания рук тем, кто их распускает.

— Я… такое дело, я передумала. Хочу сделать ремонт и там накопить на него. Тебе не понравится комната, — почему-то бормочу извиняющимся тоном.

— Борзик, ты чо? — недовольно шуршит Орловский, ибо я завожу, между нами, кисть, намеренно щипая его куда придётся.

У меня всё ухо отсырело, а он как ни в чём не бывало не торопится отлепляться.

Как легко парням. Амин как-то безучастно за всем наблюдает. Как будто мы не занимались сексом, и он меня знать не знает. Точнее, мы ограничились шапочным знакомством.

Глупо, ещё как глупо расстраиваться, но внутри волнение, смущение, неловкость оттого, что вынуждена стоять, а не слать Орловского и убеждать Амина, я практически жертва обстоятельств.

— Понравится. Я с ремонтом помогу. Я обои умею сама клеить. Лий, у меня денег впритык. Я на работу приехала устраиваться, у нас в городе с ней туго, а у меня четырёхлетний сын. Он сейчас с родителями, как устроюсь и получу зарплату, забрать хочу. Не отказывай, пожалуйста, — выпаливает с глубо-о-оким чувством.

Пф!

— Проходи...те, — отступаю назад, невзначай наступая Орловскому на ногу. Он шипит, порываясь вытащить из-под меня расплющенные пальцы.

Что ж!

Все пользуются ситуацией. А мне нужно хоть на ком-то отвести страдающую душу. Прокручиваюсь, перенеся вес на одну ногу, и избавлю тем самым свой копчик от навязчивого трения болтом, скрипящего зубами Лекса.

Кристина цветущей ласточкой влетает в квартиру. Костров следует за ней, оказываясь ко мне настолько близко, что лбом врезаюсь в его подбородок. Выставляю ладошки, непозволительно касаясь его одуряющих рельефных холмов на груди.

Чьёёёрт!

Я канарейка, и меня только что снесло воздушным потоком в турбину самолёта. Размотало и выщипало перья.

— Это уже ни в какие рамки, Солнце, — Амин шепчет мне в висок. Лекс тянет за плечо и получает хук с локтя по переносице, — Сорян, я тебя не заметил. Под рукой не стой, а то ведь могу не рассчитать удар и будет ва-ва, — тёплый выдох летит мне в шею и отчего-то страшно поднять глаза, пялюсь в острый кадык, ощущая себя котлеткой из бургера между двумя чёрствыми и накалёнными батонами.

Прям МЖМ, но я такое не смотрю и не читаю.

Не удивлюсь, если от жара, исходящего от Амина, передняя часть моей просторной футболки истлеет, а Лекс… Он примерно, как шкаф, стоит и стоит, разница лишь в том, что дышит надсадно мне в затылок и шевелит волосы.

Тишина возникает такая, что её можно тупым ножом резать. Скрипит всё и вся вокруг.

Обречённо и беззвучно стону, но ничего не могу с собой поделать. Хочу, чтобы раздражающие объекты испарились. Остались я и он, но обстоятельства идут в обход моим желаниям. Ох, как я их боюсь. Желаний-то.