Книга Sex под запретом, страница 28 – Анель Ромазова

— У меня есть фотки, снятые дроном, нечувствительным к низким температурам, — безразличным тоном палит мне в спину Амин и пригвождает к месту.

— Нет у тебя никаких фоток, — травлю ехидно.

Он достаёт из кармана телефон, что-то рассматривая на экране и стреляя взглядом в меня, стоя́щую на распутье.

— Нет, так, нет, — убирает обратно гаджет. Пряча его и всколыхивая во мне бурю протеста. Я журналист по призванию, моё дело разоблачать бессовестных врунов.

Ненавижу, когда последняя точка поставлена не мной, а ещё меня бесит, что Амин стоит и самодовольно ухмыляется. Он не прав, и я это докажу.

Подхожу к нему впритык, задираю лицо кверху, а он склоняется нависая надо мной. Его дыхание щекочет щёки и провоцирует глобальное омурашение. Кожу на шее иголками колет. Глаза у него удивительные, мерцают плотоядно в полумраке, подхватив от фонарей неоновые блики.

— Дай телефон, — голос у меня становится, как у загульной кошки. Мягкий, шелковистый и чуть-чуть вибрирует. Откашливаюсь, имитируя всего-то першение, а не влияние волнующей энергетики Кострова.

— А волшебное слово, — требовательно откатывает.

Заторможенно взираю на ворот кожаной куртки, затем переключаюсь на округлый вырез белой футболки и участок смуглой кожи. Сглатываю зачем-то трижды и всё — таки киваю.

— Пожалуйста, — совсем тихо выдавливаю.

Амин вынимает телефон, на который мне абсолютно и по неясной причине пофиг. Приобнимает, забравшись рукой под края худи, касается костяшками голой полоски над брюками, затем просовывает за пояс большой палец, отклоняя меня на капот и к себе. Спиной к своей груди. Подбородок кладёт на плечо.

Совершенно, естественно прижимаюсь к нему. Такой он волнующий и наглый. Начинаю взглядом метаться в поисках спасения. Ягодицами вжимаюсь в его ширинку и нет, чтобы пресечь томительные поглаживания в районе пупка, так я ещё и шею подставляю.

Очень всё это возбуждает. Очень… непозволительно. Я как будто безвольная. Чувствую, как воздух нагревается и опаляет лёгкие, когда острый кончик его языка дерзко проходится по коже.

Руки у него волшебные. Особенно та, что подбирается к груди, прикрытой спортивным лифчиком. Соски сжались, напряглись, словно помнят, какие чудеса он с ними вытворял губами.

— Телефон, Амин, — вынуждаю себя сосредоточиться и не рассыпаться на тротуаре угольками.

Прикладывает отпечаток к сенсору, но тот не откликается.

— Походу сел, — озвучивает то, что я и сама вижу. Экран тёмный и без малейших признаков жизни, — Давай внутрь сядем, пятнадцать минут и зарядится.

— Почему пятнадцать? — мне, конечно, поплавило мозг, но не до такой степени, чтобы не вспомнить — достаточно тыкнуть зарядку и телефоном можно пользоваться, ну максимум две минуты ожидания, пока он загрузится.

— Потому что с прикуривателя заряжается медленней, — выговаривает, будто подслушав мои мысли.

Надо же, вот этих подробностей я не знала. Как говорится: Век живи — век учись.

Киваю ему, поддавшись сумятице чувств, тормозящих мой мозг и все когнитивные навыки, то есть те, которые должны были уловить подвох, но оказались слепы и глухи.

Не настораживает меня заведённый мотор, как только мы оказываемся в салоне. Телефон, небрежно брошенный на панель, тоже не вызывает никаких опасений. Призна́ю, в машинах я дуб дубом. Мало ли, прогреть нужно, перед тем как, что-то заряжать.