Книга Запретная. Исцеление, страница 97 – Кэти Андрес

— Привет, девчонки! — Егор широко улыбнулся, вваливаясь в прихожую.

Вита, увидев дядю, тут же начала радостно дрыгать ногами и тянуть к нему ручки.

— Иди к дяде Егору, мой сладкий пирожок, — брат сгрузил мне коробку с пиццей, бросил зайца на пуфик и забрал малышку, тут же подбрасывая её под потолок. Вита залилась смехом. — Кир, она тяжелая стала, как гиря! Ромка её там протеином, что ли, подкармливает?

— Она сегодня на четвереньки встала! — с гордостью похвасталась я, забирая пиццу на кухню. — Еще пару месяцев, и начнет по дому носиться, придется всё к полу прибивать.

Егор прошел за мной, посадил племянницу на колени и начал строить ей смешные рожицы.

— Слушай, — он поднял на меня глаза, пока Вита увлеченно жевала его палец. — Там родители ваши опять звонили. Спрашивают, мы на Новый год все вместе собираемся или как? И между делом так, аккуратненько поинтересовались, не намекал ли Ромка на ЗАГС.

Я закатила глаза и тяжело вздохнула, доставая тарелки.

— Какой ЗАГС, Егор? Он запирается от меня на ночь. Я скоро начну сомневаться в своей привлекательности.

Брат рассмеялся.

— Кир, ну ты же его знаешь. Он себе вбил в голову, что он не имеет права на тебя давить после всего, что было. Он же всем мозги в зале делает. Чуть что не так — на грушу кидается. Ему эту плотину прорвать надо, иначе он скоро от спермотоксикоза на людей бросаться начнет.

— А я что делаю?! — возмутилась, наливая нам чай. — Я уже перед ним чуть ли не стриптиз танцую! А он глаза в пол — и «Спокойной ночи, Кира».

— Плохо танцуешь, значит, — раздался от дверей знакомый, насмешливый голос.

Мы с Егором одновременно обернулись.

В дверях кухни стояли Рома и Ден. Видимо, приехали вместе с работы.

Рома выглядел уставшим, но, увидев Виту на руках у Егора, мгновенно преобразился. Он бросил ключи на тумбочку, подошел к нам и, даже не переодевшись, забрал у брата дочь.

— Привет, моя чемпионка, — пробасил он, утыкаясь носом в пухлую шею Виты и вдыхая её запах.

Малышка тут же вцепилась крошечными пальчиками в его волосы, радостно агукая.

А я стояла с чайником в руках, чувствуя, как краска медленно, но верно заливает мои щеки, шею и, кажется, даже уши. Спалилась. Причем так позорно, на весь дом.

Ден, стоящий в дверях, изо всех сил кусал губы, чтобы не заржать в голос. Он перевел лукавый взгляд с меня на красного, как рак, Егора, который вдруг очень заинтересовался узором на обоях.

— Ну, — Ден многозначительно откашлялся и попятился в коридор. — Ромыч, я пойду. Документы мы подписали, а у вас тут, я смотрю, намечается… урок хореографии.

— Я, пожалуй, тоже — тут же подхватил Егор, бочком продвигаясь к выходу и на ходу выхватывая кусок пиццы из коробки. — Мне завтра первую тренировку вести. Приятного аппетита, голубки!

— Предатели, — одними губами прошипела я им вслед.

Хлопнула входная дверь.

Мы остались одни.

Точнее, втроем.

Рома медленно оторвал взгляд от дочери и посмотрел на меня. В его штормовых глазах плясали такие откровенные, темные и голодные черти, что у меня мгновенно пересохло во рту.

— Время позднее. Пойду уложу её, — голос у него был ниже обычного. С хрипотцой, от которой по моему позвоночнику побежал табун мурашек.

— Д-да. Я смесь уже развела, она на подогревателе в комнате.

Он кивнул и вышел из кухни.