Книга Развод. Последний приказ, страница 67 – Анна Риман

В голове неожиданно сошлись две проблемы: квартира в Москве, которую придётся делить, даже если после этого я останусь на улице, и этот северный участок, где меня легко могут сделать крайней.

От этого стало трудно дышать.

Отчёт был почти готов. Последняя цифра встала на место, и я закрыла файл.

На столе завибрировал телефон. На экране — Иван Семёнович.

— Да.

На том конце недолго помолчали.

— Наталья Олеговна, вы сейчас можете говорить?

От его тона сразу сделалось нехорошо. Такой бывает, когда плохую новость не хотят смягчать лишними словами.

— Могу.

— На вас пришла жалоба.

Пальцы крепче сжали трубку.

— Какая жалоба?

— По тому участку, где сейчас идет проверка, — ответил он. — Формулировка грамотная. Вы якобы вышли за рамки своих полномочий, дали рекомендации без надлежащего оформления, вмешались в работу узла, что и могло привести к последствиям.

Я смотрела в стол, на угол раскрытой папки, и не сразу поняла, что перестала дышать.

— Кто написал?

— Мне сообщили неофициально, но думаю, вы и сами уже поняли.

— И что теперь?

— Теперь вас это тоже заденет, — произнёс он устало. — Проверка не только про сам участок. Вас попросят дать пояснения.

У меня неприятно кольнуло в груди.

— Ничего серьёзного? — спросила я.

— Пока нет. Но приятного мало. Я, честно говоря, уже пожалел, что отправил вас туда на подмогу. Слишком много лишнего навертелось.

От этих слов стало совсем холодно. Будто меня не поддержали, а подтвердили: да, вляпалась.

— Поняла, — сказала я.

— Подготовьтесь спокойно. Без эмоций. И не говорите больше, чем спросят.

— Хорошо.

После звонка я ещё какое-то время сидела, глядя в пустой экран. Бумаги лежали передо мной, цифры никуда не делись, работа тоже, но всё это вдруг стало неважным.

Жалоба. Служебная, аккуратная, как он и сказал. Всё сделано так, чтобы зацепить именно меня. Из тех историй, от которых потом быстро не отмыться.

Домой я ехала уже в сумерках. Фары цепляли грязный снег, редкие окна, мокрый асфальт. Город казался плоским и чужим, как декорация, которую забыли вовремя убрать. Руки лежали на руле привычно, взгляд следил за дорогой, а в голове по кругу шло одно и то же: квартира, жалоба, утечка, деньги, Москва. Всё вместе.

В квартире было тепло и пусто. Куртка легла на стул, сумка — на пол, ключи звякнули о столешницу слишком громко. Включать верхний свет не хотелось, достаточно было кухонной лампы. Свет выхватил из полумрака край стола, кран, кружку у мойки. Всё здесь ощущалось чужим. Не мой стол, не мой дом и жизнь тоже не моя. Просто место, где можно переждать.

В файлах лежал скан свидетельства о расторжении брака. Я открыла его ещё раз, хотя и без того знала, что увижу. Дата. Фамилии. Печать. Вот и вся семейная жизнь. Уместилась в один лист и в несколько сухих строчек.

Ночь прошла плохо. Заснуть удалось под утро, урывками, с тем тяжелым ощущением, когда тело вроде лежит, а голова не отпускает ни на минуту. Поднялась разбитой, с мутной злостью внутри, которая не находила выхода.

На работу приехала чуть раньше. Не потому что торопилась, просто дома всё равно было не лучше.

Люди в коридоре разговаривали тише обычного. При моём появлении один из механиков замолчал на полуслове, второй отвел глаза. До смешного прозрачно.

Ждать пришлось недолго.