Книга Развод в 43. Не прощу и буду счастлива, страница 40 – Мира Спарк

Андрей Васильевич сжимает мою руку:

— Работаем, Вера.

Но я и без его слов уже держу наготове тетрадь для записей и ручку.

Тема интересная с профессиональной точки зрения, и уже через пятнадцать минут у меня рука устает делать пометки.

Но я вся во внимании, даже в первое время не осознаю, как мне приятно полностью погрузиться в рабочую тему.

Вот что идеально отвлекает от дурных мыслей.

Я плохо спала, переживала и боялась перелета, но всю конференцию я провожу с большой пользой.

Когда заканчиваются выступления спикеров — у меня исписанная тетрадь и почти онемевшая от напряжения кисть.

— Вижу ты отлично поработала, — хвалит меня Андрей. — Я очень рад, что нам дали именно тебя для усиления.

Мы выходим из здания к автомобилю, который отвезет нас в отель.

— Сейчас разместимся и можем отдыхать до завтра. Вера, как ты смотришь на то, чтобы обсудить услышанное на конференции за ужином?

Вера

Что ж, предложение логичное, правильное и своевременное.

У меня довольно много мыслей по услышанному на конференции и возможность обсудить их с командой профессионалов из смежных подразделений — то, что надо.

Я киваю и прощаюсь с коллегами. Ухожу к себе в номер.

Конечно, кроме профессионализма для меня это возможность сбежать от собственных тяжелых мыслей.

Максим периодически в течении дня записывал мне голосовые и кружочки, всячески убеждал, что дома все в полном порядке, но мне все же неспокойно.

Долго нежусь под горячими струями душа.

Неторопливо вытираюсь пушистым полотенцем и собираюсь на ужин.

За целый день я выпила лишь пару чашек кофе, но голода все равно до сих пор нет.

Усталость медленно, как расплавленный свинец, растекается по телу, но я повторяю себе, что работа еще не окончена.

Представляю себе неспешную беседу втроем, за столиком в ресторане отеля.

Идеальный способ завершить этот бесконечный день.

Для меня — идеальный.

Спускаюсь в фойе, приведя себя в порядок.

Андрей уже ждет, приветливо улыбаясь.

Он выглядит свежо, несмотря на перелет и долгий день.

— Прекрасно выглядишь, Вера, — говорит он, и в его тоне слышится что-то большее, чем просто вежливость.

— Спасибо, — сухо отвечаю я, оглядываясь. — А где же Кирилл?

Андрей отмахивается.

— Задерживается, наверное. Найдется, не маленький. Пойдем, займем столик.

Неприятный холодок пробегает по спине.

План начинает рушиться уже на старте.

Но отступать некуда — мы уже идем к уютному столику в углу ресторана.

Садимся.

Изучаю меню, стараясь сосредоточиться на описании блюд, а не на нарастающей тревоге.

Андрей, недолго думая, заказывает на двоих «что-нибудь освежающее и бодрящее».

Вскоре официант приносит изящный графин с золотистой жидкостью и два бокала.

— Так, — Андрей наливает, его глаза блестят оживленно. — Завтра нас ждут цифры и серьезные разговоры, а сегодня — отдых. Расслабься, Вера, мы в командировке.

Фраза «расслабься» режет слух.

А его переход на «ты» теперь кажется… неуместным.

Я качаю головой:

— Мне только воды. Спасибо.

Андрей усмехается и одним глотком осушает свой бокал.

— Знаешь, я обратил внимание на твою работу, — начинает Андрей, быстро наполняя бокал вторично.

Его взгляд скользит по моему лицу, шее, и мне хочется натянуть пиджак плотнее.

Точно ли на работу он обращал внимание?

— Очень профессионально. Собрано, четко… В женщинах я очень ценю…