Онлайн книга «Развод в 43. Не прощу и буду счастлива»
|
Он сидит почти спиной ко входу — в пол оборота. Мне видны его длинные ноги с приспущенными брюками. Мускулистые и поджарые ноги моего хорошо сложенного мужа… А между этими ногами устроилась девушка. Мне видна лишь часть ее головы, которая ритмично поднимается и опускается, вырывая довольные хрипы из моего мужа. Но я сразу же узнаю ее, и сердце сжимается от второго предательства: моего еще пока мужа усердно ублажает… Карина — дочь моей лучшей подруги Розы! — Ой, — Карина отрывается от своего увлекательного занятия и заливается стыдливым румянцем. Владимир вздрагивает оглядывается через плечо. — Вера… На его лице написано такое изумление и растерянное удивление, что в другой ситуации я бы даже пожалела его. Карина ловко поднимается с колен — так, будто для нее это совсем привычное дело. Щеки девушки заливает легкий румянец, она делает шаг назад, потупив взгляд, но… Мне кажется, или на ее губах играет едва заметная улыбка? Володя судорожно натягивает брюки: — Какого черта, Вер? Быстро же он переходит от растерянности к злости. — Что ты здесь делаешь? Почему не на работе? Усмехаюсь глупости его вопросов. — Володь, тебя и правда только это сейчас интересует? Совладав с брюками, он выскакивает из-за кресла. Лицо бледное, блестит бисеринками пота. — Слушай… Он быстро берет себя в руки. С самообладанием у него всегда было все в порядке. — …давай только без истерик, ладно? — холодно произносит он. Глава 2 Вера Истерика… это все, что его сейчас волнует? Все, что кажется важным? Он изменяет мне. Пошло, цинично, почти не скрываясь, а его волнует только это… Напряжение повисает в воздухе. Тяжелое, плотное. И… раскалывается осколками стекла. Кажется, будто каждый из них проникает глубоко в душу, оставляя незаживающие раны. Новая волна шока накатывает на меня, придавливая к полу. Володя не отрывает от меня потемневших глаз. Торопливо застегивает брюки, позвякивая бляшкой ремня. Заправляет рубашку. Посмотрите-ка, какой аккуратный. — Зря ты пришла… — Действительно, — выдавливаю из себя с улыбкой, которая больше похожа на судорогу. — Не так. Все должно было быть не так… Вижу, как мелко дрожат его длинные узловатые пальцы, когда он заправляет рубашку в брюки. Ту самую, которую я погладила ему еще с вечера. Держись, Вера, только держись. Твердит настырно какой-то внутренний голосок, заставляя меня напрячь все силы лишь бы не разреветься прямо сейчас. — Не так? — переспрашиваю его я. — Так ты собирался набраться мужества и признаться мне во всем? Ты это хочешь сказать? По лицу Владимира пробегает судорога. Поджимает губы и выпячивает подбородок. — Поговорим дома, — отрезает он. — Когда ты успокоишься… — О чем, Володя? — сглатываю болючий ком. — О том, что делала дочь моей подруги перед тобой на коленях? Володя делает шаг мне на встречу. Испарина на его бледном лбу отчетливо видна, как и расширившиеся от страха зрачки. — Я сказал, дома, — выдавливает он себя с такой злостью и ненавистью, что я отшатываюсь. Буквально сверлит меня взглядом. — Мне тут скандалы не нужны, — продолжает он надвигаясь. Выпучивает глаза, выпячивает челюсть и сжимает кулаки. Думает запугать меня грозным видом? А мне и не страшно. Сама шагаю ему на встречу. Глаза не отвожу. Держусь изо всех сил — пусть не думает, что напугал меня или задавил авторитетом. Весь его авторитет теперь — только пыль, труха… |