Книга Четыре года после развода️⚡️. Основано на реальных событиях. 2ч, страница 206 – Мила Букина

Эля улыбнулась, подошла к нему, встала на носочки и обняла его сзади за плечи. Он отложил в сторону сыр, развернулся к ней лицом и обнял её за талию. Они долго и пристально смотрели друг другу в глаза.

Затем Семён улыбнулся и сказал:

— Знаешь, я сегодня вдруг понял одну очень важную вещь для себя.

И он снова погрузился в свои мысли и замолчал. Эля дала ему пару секунд подумать и, посчитав, что этого достаточно, переспросила:

— Какую ещё важную вещь?

Семён вновь улыбнулся, погладил Элю по щеке и ответил:

— Про тебя. Я впервые посмотрел на тебя… на нас с тобой со стороны. Я смотрел, как ты бегаешь по магазину и суетишься… как мы с тобой всегда спорим, подкалываем друг друга, но без злости, любя. Дурацкие словечки, шуточки, чем бы мы ни занимались, между нами вечно какая-то химия. И я вдруг вспомнил, я ведь не был таким до знакомства с тобой. Я первые 19 лет своей жизни прожил как механизм, робот, который всем был чего-то должен. Меня будто в космонавты готовили. Я делал не то, что хочу, а то, что обязан. Скрипка – вместо гитары. Репетиторы – вместо игры в футбол во дворе. И я подчинялся безропотно, потому что так было «нужно», так было «правильно». Я жил как по инструкции. Пока не встретил тебя. И тут... вдруг... всего один танец и всё… Меня снесло ураганом. Я вдруг увидел, какая живая бывает жизнь. Как она может бурлить, кипеть, гореть. Что, оказывается, можно жить так, как велит сердце, а не долг. Ты – моя гитара, вместо скрипки. И я четыре года жил в разводе всё ещё по старой памяти, так, как меня учили, так, как «надо», так, как «правильно», и я действительно чуть не остался со скрипкой на всю оставшуюся жизнь. Чуть не потерял мою гитару, мою настоящую живую любимую Элю, которая каждый день, год за годом продолжает сносить меня ураганом и выбивать почву из-под ног. И с тобой я делаю то, что хочу, я живу по-настоящему, я сам как ураган. И это делает меня счастливым. Я с тобой как солнечная батарейка на вечной подзарядке, зарядился и пошёл потом делать какую-то дичь… от которой уже ты с ума сходишь.

— Механическая жизнь – это я ощутила сполна, знакомо… очень даже. Только у меня наоборот. Я была живая до того, как с тобой познакомилась, а потом начала гаснуть и уже в разводе стала: любовницей, уборщицей, ломовой лошадью, кухаркой, водителем… Кем угодно, только не живой женщиной. Мне в мои двадцать девять лет начало казаться, что я старая бабка. Но стоило тебе опять появиться в моей жизни, как я сразу ожила. И порой веду себя как ребёнок. Мы действительно заряжаемся друг от друга и душой, и телом. И я тоже счастлива просто от того, что ты рядом. Мне с тобой всегда очень тепло, причём тепло и снаружи, и внутри. И это первое, что я почувствовала, когда мы с тобой познакомились – простое человеческое тепло.

Эля нежно поцеловала его, Семён настолько её заслушался, что даже не сразу ответил на поцелуй, но как только ответил, у Эли потянуло внизу живота.

Она тут же отошла от него и сказала деловым тоном:

— Про картошку не забудь. Оставляю тебя тут за главного. Надеюсь, кухня останется целой. А я пошла к Вике смотреть телевизор. До свидания.

— До свиданья. Деловая колбаса.

Эля уже ушла, а он взял в руки сыр и тёрку, продолжая говорить:

— Ночью будешь, как обычно, расплачиваться за такую немыслимую эксплуатацию монозадачного мужа. Что она вообще сказала делать? Картошка? Сыр на мясо, а ещё что? Взяла и поставила сразу три задачи… ещё и поцеловала, я вообще всё забыл. А, вспомнил, разбудить в 23:00.