Книга В паутине лжи. Цена предательства, страница 57 – Алла Нестерова

— И теперь, когда я поняла, что готова на всё ради него, уже поздно. У него новая жизнь, новая девушка. А я.… я так и осталась в той же квартире, на той же работе, с теми же мечтами. — Дин, не говори так. Ты замечательная женщина, ты найдёшь свою любовь...

— Я её уже нашла! — она всхлипнула. — Одиннадцать лет назад. И я её отпустила, потому что была трусихой. Лика, знаешь, что самое страшное? Я видела, как он смотрел на эту Агату. Заинтересованно. Может, не влюблено, но заинтересованно. А на меня он смотрел как на... как на привет из прошлого. Я не знала, что сказать. Слова поддержки казались пустыми, а правда — жестокой.

— Дина, а ты думала... может, написать ему? Позвонить? Сказать то, что не сказала тогда? Она покачала головой.

— И что скажу? «Привет, Саша, помнишь, десять лет назад ты звал меня в Питер, а я отказалась? Так вот, я передумала»? Лика, у него новая жизнь. Я не имею права в неё вмешиваться.

Мы просидели в кафе до закрытия. Дина плакала, я обнимала её и чувствовала свою вину. Мой план мести разрушил не только брак с Антоном — он разбил сердце лучшей подруги. Цена победы оказалась выше, чем я думала.

Проводив Дину домой, я вернулась в пустую квартиру. В понедельник начнётся новая жизнь. Но сегодня мне было очень одиноко.

Год спустя.

Стою у панорамного окна своего нового кабинета на двадцать втором этаже и смотрю на Москву. За год многое изменилось — и в городе, и в моей жизни. На двери моего кабинета золотыми буквами выведено: «Анжелика Станиславовна Матвеева, руководитель юридического отдела». Матвеева — я вернула девичью фамилию сразу после развода. Больше никаких Корниловых в моей жизни. С Антоном нас развели быстро, в ЗАГСе, он без лишних слов подписал все документы.

Тот понедельник, когда всё закончилось, запомнился мне как день великой чистки. Папа не стал церемониться ни с кем. Михаил Андреевич Серёгин, финансовый директор, который «не заметил» махинаций на двадцать миллионов, был уволен. Следом за ним полетели Власова из юридического отдела и оба зама Антона — Виктор Петрович и Миронов. Папа был безжалостен.

— Или вы идиоты, которые не способны проверить элементарные документы, или вы соучастники, — сказал он им на общем собрании. — В любом случае, вам не место в моей компании.

Антона он уволил последним, при всём честном народе, зачитав вслух всё, что я выявила. Волчий билет, испорченная репутация, невозможность устроиться на нормальную работу в Москве. Я не стала заступаться и просить отца, не портить Антону жизнь, отец в последнюю минуту, всё же не стал давать ход документам и Антон избежал уголовного преследования. Как он поступил со мной, так поступили и с ним.

Теперь я сижу в кабинете, который когда-то принадлежал Власовой, руковожу юридическим отделом и получаю в три раза больше, чем в предыдущей конторе. Папа гордится мной, мама счастлива, что дочь работает в семейном бизнесе. А я.… я постепенно учусь снова быть собой.

Дина работает этажом ниже, в финансовом отделе. Я пригласила её к нам через месяц после всех увольнений. Она благодарна за возможность, зарплата здесь в два раза больше, чем в её прежней конторе.

Рядом со мной ей спокойнее, а мне — с ней. Мы обе залечиваем раны от прошлого.

Саша так и живёт в Питере. Мы созваниваемся почти каждую неделю, он расспрашивает о работе, о настроении, шутит, что пора бы мне найти нормального мужика. У него роман с той девушкой закончился месяца три назад, новую пока не завёл. «Не торопись,» — говорю я ему. «В тридцать три года мужчина имеет право быть разборчивым.»