Книга В паутине лжи. Цена предательства, страница 54 – Алла Нестерова

Нотариус, пожилая женщина с проницательными глазами, несколько раз переспрашивала Антона, уверен ли он в своём решении.

— Вы дарите супруге автомобиль стоимостью два миллиона рублей и свою долю в квартире стоимостью восемь миллионов. Это значительная сумма. Вы действуете добровольно?

— Да, — хрипло ответил Антон, расписываясь в документах. — Добровольно.

Я сидела рядом, наблюдая, как он ставит подпись за подписью. Десять миллионов. Неплохое начало.

Из нотариальной конторы мы поехали в банк, где у Антона был открыт счёт. По дороге он несколько раз порывался что-то сказать, но так и молчал. Я тоже не нарушала тишину — пусть мучается в неопределённости.

В банке мы подошли к менеджеру — симпатичной девушке лет двадцати пяти с профессиональной улыбкой.

— Добрый день! Чем могу помочь?

— Хотим закрыть счёт, — сказала я, протягивая ей реквизиты счёта, который открыла для меня Дина. — И перевести все средства, по этим реквизитам.

Девушка проверила документы, что-то набрала в компьютере.

— На счету... семьдесят три тысячи рублей. Все переводим?

Я посмотрела на Антона. Он сидел, опустив глаза.

— Всего семьдесят три тысячи, — переспросила я.

— Да, всё верно. Семьдесят три тысячи, — подтвердила менеджер. — Хотя... у вас же есть ещё банковская ячейка.

Антон дёрнулся, как от удара током. Я почувствовала, как внутри всё похолодело.

— Ячейка? — переспросила я, глядя на мужа. — Антон, что за ячейка?

— Я.… забыл про неё, — он облизнул губы.

— Забыл, — кивнула я. — Конечно. А что там хранится?

— Документы... важные бумаги...

— Документы, — я повернулась к менеджеру. — Мы же можем пройти к ячейке?

— Конечно. Проходите.

Мы спустились в депозитарий. Антон шёл рядом, как приговорённый к казни.

Сотрудник банка открыл металлический ящик и выдвинул его. Внутри лежали пачки купюр, аккуратно перевязанные резинками.

— Документы? — тихо спросила я, доставая одну пачку.

Антон молчал, глядя в пол.

Мы пересчитали деньги прямо там, в присутствии сотрудника. Десять миллионов рублей. Десять миллионов, которые он припрятал, пока я работала и мечтала о ребёнке.

— Откуда эти деньги? — спросила я, когда мы вышли из банка.

— Камарцев давал мне откаты с каждого завышенного контракта, — он ответил так тихо, что я едва расслышала.

— И ты мне говорил, что он тебя шантажировал? — я остановилась посреди тротуара. — Вы делили поровну все деньги.

— Лика...

— Заткнись, — я развернулась и пошла к машине. — Просто заткнись и не говори ни слова.

В машине по дороге домой, мы ехали в гробовом молчании. У меня в сумке лежало десять миллионов наличными и дарственная, а в голове крутились мысли о том, может изначально Камарцев и шантажировал Антона, но затем тот быстро вошёл во вкус, и они начали делить прибыль пополам.

Дома Антон прошёл в гостевую и сел на кровать, опустив голову в руки.

— Собирай вещи, — сказала я, стоя в дверном проёме.

— Лика, пожалуйста... Скажи, где Агата с Машей.

— Скоро будут дома.

— Ты сошла с ума...

— Возможно, — согласилась я. — Шесть лет жизни с лжецом и вором действительно могут свести с ума. Собирай вещи, Антон. Немедленно.

Он молча достал из шкафа сумку, начал складывать одежду. Руки тряслись так сильно, что рубашки падали на пол. Я наблюдала за ним без жалости — наконец-то он понимает, каково это, когда твоя жизнь рушится в одночасье.