Книга В паутине лжи. Цена предательства, страница 2 – Алла Нестерова

— Лика? — Дина проследила за моим взглядом. — О, чёрт…

Её шёпот выдернул меня из оцепенения. Колени подогнулись, я вцепилась в спинку стула, пакеты шлёпнулись на пол, как сброшенный балласт. В ушах зашумело, как от взлетающего самолёта. Девочка засмеялась — звонко, беззаботно, и в этом смехе, в повороте её головы, я увидела Антона. Те же ямочки на щеках, тот же прищур. Как я не разглядела сразу? Она была его копией.

— Папа, папа, смотри! — её голосок полоснул меня, как бритва.

Папа.

Мир треснул, как стекло под молотком. Перед глазами заплясали чёрные пятна. Дина подхватила меня под локоть, бормоча:

— Лика, идём. Прямо сейчас, идём отсюда.

Но я не могла оторвать взгляд. Антон поправил девочке локон, улыбнулся той самой улыбкой, как отцы, которые без ума от своего ребёнка. Брюнетка рассмеялась, коснулась его руки — легко, привычно. И он не отстранился. Они были такими…, настоящими. А я — чужая, лишняя, застывшая в десяти метрах от их идеального мира.

Дина почти силой уволокла меня из кафе, подхватив мои пакеты. В дамской комнате она усадила меня на диванчик, сунула в руки бутылку воды, как будто я была ребёнком, потерявшимся в толпе.

— Дыши, Лика. Глубже. Вот так, молодец.

Я сделала пару судорожных глотков. Вода пролилась на меня. Мой муж, сидел в кафе, с чужой женщиной, который, оказывается, был отцом чужой дочери.

— Может, это не то, что кажется, — начала Дина, но её голос дрожал, как струна, готовая лопнуть. — Может ты обозналась и это был не Антон?

— Дина, — я подняла на неё глаза, и она осеклась. — Я десять лет просыпаюсь рядом с этим человеком. Думаешь, я не узнаю собственного мужа?

— Ладно, ладно..., - начала Дина. — Может, это... сестра? Племянница? У него же есть брат в Канаде, может, приехали в гости?

— Брат не разговаривает с ним уже несколько лет. А девочка... - голос сломался, — девочка назвала его папой.

— Может нам послышалось? — Дина села рядом на корточки.

— «Папа, папа, смотри!» — я передразнила детский голосок, и слёзы полились ещё сильнее. — Я не ослышалась, Дин. И ты видела, как он на неё смотрел? Как на неё... на свою дочь. Давай не будем сами себя обманывать.

Дина замолчала. Она знала. Мы столько раз говорили о детях.

— Помнишь, как я рассказывала? — мой голос был едва слышен. — Как Антон всё откладывал. «Рано, Лика. Давай сначала квартиру побольше купим». Потом: «Ещё пару лет, нужно карьеру укрепить». А я ждала. Верила ему. Безоглядно верила. А он..., у него уже дочь.

— Лика...

— Ей около пяти лет, — мой голос дрожал. — Пять, Дин. Понимаешь, что это значит?

— Лика, ты же сама жаловалась. Что он неделями дома не бывает. Я ещё спрашивала, не ревнуешь ли.

— А я смеялась, — горький смешок вырвался сам собой. — Говорила: «К кому ревновать? К контрактам и накладным?» Дура. Наивная дура.

Дина молчала, не зная, что сказать.

— Что мне делать? — я посмотрела на подругу, чувствуя, как слёзы жгут глаза. — Дин, что, черт возьми, мне теперь делать?

— Для начала — успокоиться, — Дина обняла меня крепче. — Нельзя принимать решения в таком состоянии. Сейчас поедем ко мне, выпьем чего-нибудь покрепче чая, и будем думать.

— Думать? О чём тут думать? У моего мужа есть ребёнок на стороне! Семья! Целая, чёрт возьми, семья!

— Тише, тише, — Дина погладила меня по спине. — Кричать не надо. Весь торговый центр не должен знать о твоих проблемах.