Книга Выход в клетку, страница 85 – Лана Фрейтаг

— Тина.

— Не надо, — резко сказала Тина, даже не глядя на нее. — Не надо этим голосом. Я сейчас не за женскую дружбу сюда пришла. У меня мальчики спят в соседнем крыле. Два маленьких Харпера, которые еще даже не понимают, что родились не детьми, а активами.

Денис наконец повернулся к ней.

— Не прикрывайся детьми.

Тина посмотрела на него так быстро, что в комнате будто щелкнуло. Она сделала глоток воды, поморщилась и поставила бокал на стол. Стекло тихо стукнуло о камень. Этот звук вышел неприятно громким в тишине.

Арена на экране взорвалась новым беззвучным криком.

Тина быстро взглянула на экран. Потом снова на Дениса.

— Я хочу договор.

— Со мной?

— А с кем? С твоим отцом? Ты же его уже почти запер в той красивой клинике, куда Харперы прячут неудобных людей.

Денис не ответил.

Тина шагнула ближе, но остановилась на безопасном расстоянии. Очень точно рассчитанном. Слишком близко, чтобы это было бегством. Слишком далеко, чтобы он мог подумать, будто она просит милости.

— Ты не идешь против мальчиков, — сказала она. — Не режешь их трасты. Не выдавливаешь меня из их жизни. Не отдаешь меня адвокатам своего отца, если я вдруг стану неудобной. Не делаешь вид, что я сумасшедшая, проститутка, наркоманка и плохая мать в одном флаконе. Это все уже было. Скучно повторяться.

Ника почувствовала, как холод проходит по спине.

Денис медленно поставил стакан.

— Взамен?

Тина усмехнулась.

— Взамен я скажу тебе то, что твой отец зарыл так глубоко, что даже ты, его любимый наследник, тридцать лет ходил вокруг и нюхал воздух, как слепой щенок.

Она вдруг тихо рассмеялась, но смех тут же сорвался.

— Я не хочу воевать с тобой, Денис. Вот правда. Ты мне не нравишься, я тебе тоже, прекрасно, переживем. Но я не хочу, чтобы мои дети выросли в этом доме.

Ника посмотрела на Дениса.

Он уже понял, куда ведет разговор.

— Моя мать, — сказал он.

Тина кивнула.

— Не было никакой аварии, — сказала она.

Слова прозвучали слишком просто.

Денис очень медленно спросил:

— Что ты знаешь?

— Не всю биографию, не бойся. Я не историк твоей семейки. А еще я знаю Андрею. И знаю, кто знал твою мать.

У Ники сжались пальцы.

Тина заметила это и криво усмехнулась.

— Да, Ника. Мир тесный.

Денис сделал шаг к ней.

— Ближе к делу.

— Он не любит, когда у него что-то забирают, — сказала Тина и криво усмехнулась, будто сама услышала, как жалко это прозвучало. — Прости. Что-то. Кого-то. Для него, по-моему, разницы нет.

Она провела пальцами под глазом, размазывая тушь еще сильнее, и тут же зло вытерла руку о салфетку.

— А ребенок... ну ты сам понимаешь. Сын. Старший сын. Красивый наследник в маленьком костюмчике. Его нельзя было отдать какой-то русской модели, которая вдруг решила, что у нее есть права. Смешно же, да? Очень смешно.

Тина сделала глоток, хотя в бокале почти ничего не осталось.

— Ее начали не убивать, нет. У вас же так не делают. Сначала ее просто сделали неудобной. Потом нервной. Потом слишком нервной. Потом таблетки, врачи, какие-то заключения, разговоры за закрытыми дверями... Я не знаю всех деталей, Денис. Правда не знаю. И не надо на меня так смотреть, я тогда вообще еще в другой грязи жила. Но схема старая, как мир.

Она посмотрела на него мутными от слез и алкоголя глазами.

— И все красиво и чистенько. Никаких синяков. Никаких сломанных дверей и громких криков.