Книга Укрощение мистера Уокера, страница 4 – Роза Лукас

— Молись, чтобы я не добралась до тебя, Кэлли. Потому что если я это сделаю, то засуну каблук тебе в жопу. Иди к черту! – Я сбрасываю вызов.

Невероятно.

Джеки кашляет за моей спиной. Я поворачиваюсь к ней.

— Вот это ситуация, – с наигранным сочувствием произносит она. – Бедная твоя сестричка!

Я смотрю на нее, стараясь вложить в этот взгляд все презрение, на которое способна.

— В твои обязанности не входит подслушивать личные звонки.

— А в твои – отвечать на них в рабочее время, – парирует она.

— Возвращайся к своим хештегам, Джеки.

— Сомневаюсь, что ты вообще знаешь, что это. – Администратор закатывает глаза.

— Я отлично знаю, как ими пользоваться. – Я беру бумажку со своего стола и принимаюсь яростно писать. – Ты забыла, что я глава IT-поддержи?

И кладу бумажку ей на клавиатуру.

— Можешь поставить этот, Джеки.

#идинахрен

— Привет! Есть кто дома? – кричу я из коридора, скидывая кроссовки. Сейчас 7:30 вечера понедельника, а я уже жду выходных.

Кэт, Джули, Сьюзи и я пять лет живем в одной квартире в Кентише.

Все было бы идеально, если бы одновременно с нами тут не обитали мыши, но вы же знаете, что говорят про Лондон: не более чем в метре от вас всегда находится хотя бы одна мышь.

Кэт преподает актерское мастерство в Хайгейте. Это настолько пафосная школа, что даже врачи не могут позволить себе отправить туда своих детей. Кэт говорит, что у всех ее учеников личные водители и что дети Тони Блэра подавали документы в Хайгейт, но не поступили.

Джули – младший юрист в издательстве на Ливерпуль-стрит, процветающая там благодаря своему социопатическому типу личности. Однажды мы заставили ее пройти тест и по его результатам решили, что ни за что и никогда не будем с ней спорить.

Никто из нас толком не понимает, чем занимается Сьюзи, но это что-то связанное с логистикой.

Квартира, в которой мы живем, принадлежит Джули, о чем она никогда не дает нам забыть. Это вшито в ее стандартные фразы при знакомстве: «Чем я занимаюсь? Я юрист и домовладелец».

Мы так и не поняли, откуда при ее зарплате у нее четырехкомнатная квартира в северной части Лондона, хоть и со старым ремонтом и мышами. Чтобы получить такую, требуется немало денег, а лучше наследство.

В первую встречу Джули очаровала нас своей приветливостью. Садитесь, девочки, добро пожаловать в ваш новый дом! Кэт, дорогая, не нужно мыть посуду, я помою. Конечно, ничего страшного, что ты пролила чай на ковер, Чарли, давай я вытру.

«Медовый месяц» длился примерно пять дней. А потом начались битье посуды, ежедневные крики и выедание мозга Кэт чайной ложечкой, потому что та принимала душ дольше шести минут.

Мы продолжаем жить здесь только потому, что боимся выяснять отношения с Джули. По той же причине ее никогда не бросают парни.

Так вот, когда я возвращаюсь в нашу квартиру, Сьюзи, растянувшись на диване, смотрит кулинарное шоу.

— Привет, – говорю я, падая в кресло. – Ты не пошла сегодня на йогу?

— Я собиралась, но решила не перенапрягаться, – объясняет Сьюзи, жуя сконы со сливками. – Записалась на спиннинг на завтра, так что решила не растрачивать силы на сегодняшнюю йогу. – Она машет булочкой. – Это кето-скон, так что никакого вреда!

— Но ты вчера пропустила пилатес, чтобы не растратить силы до сегодняшней йоги, – хмурюсь я в замешательстве.