Онлайн книга «После развода. Вернусь любой ценой»
|
— Ты именно то имел в виду… И я никогда не забуду твои слова, Илья. Давай не будем больше копаться в причинах. Ешь и… Ешь и уходи домой. Он не отказывается от чая и завтрака. Спешно собирается, прощается с нами… Дверь, тоненько скрипнув, закрывается, а мне звонит Зойка. — Да, — вздыхаю я. — Привет, дорогая, а ты… — Марин, у его девки кровотечение… Сильное. И отслойка нарастает… Забрали на операцию. Боюсь, ребенка не сохранить. — Ужас… Зой, так позвони Илье, это ведь его ребенок? — А, хочешь, я сравню биоматериал плода и его? — Мне это зачем? На что это повлияет? Думаешь, она… — Гулящая девка в анамнезе. Всякое могло быть… Глава 31 Илья. — Илья… Петрович, не беги ты так, длинноногий, высоченный… — кричит Зоя, нагоняя меня. — Привет, Зой. Ты чего так официально? Интересно, Марина сказала ей, что я ночевал у нас? Вернее, теперь у них… У нее. Неважно. Не у меня дома… Мою конуру с классным ремонтом сложно назвать домом… Мы с Ладой в нем толком и не жили… А вчера я вынес огромные пакеты, наполненные мусором — сдувшимися шарами, лепестками роз, протухшей едой в одноразовых контейнерах и красными, оплывшими свечами… Теперь там пусто, неуютно. Пахнет новым, пластиковым кухонным гарнитуром. Правильно Маринка сказала: «идеально чисто, шикарно»… Она меня задеть хотела, ей это удалось… Но она ведь права — я этого хотел? Покоя, чистоты и красоты, тишины… Тогда почему ее слова будят совесть? — Ты к Ладе? — спрашивает Зоя, переводя взгляд на пакет в моих руках. Ни черта я не приготовил… Да и не умею особо — варить суп и наводить уют, создавать из ничего пирог и салат… Марина умеет, да… — Да. — Что там у тебя? — Суп из кафе, чистое белье из «Магнит-косметик», носки, футболка и… — Ладу повели на операцию, Илья. — Погоди, как? Она мне ничего… Она… — Идем в процедурный кабинет, мне нужно взять у тебя кровь. — Зоя, скажи мне правду! Ты… Темнишь ты что-то, а еще… — заикаюсь я. Пакет этот дурацкий… Суп холодный, трусы с этикетками… В ее взгляде сквозит что-то странное… Жалость, сочувствие, неуверенность. Страх, пожалуй… — Что случилось с Ладой? Она мне… Она даже не позвонила. Какая операция? — взрываюсь я. — Курить надо меньше. — Зой, я прошу, давай ты не будешь… — Илья, ей может понадобиться донорская кровь. Ты будешь мучить меня расспросами или пойдешь в процедурный кабинет? У Лады кровотечение, отслойка плодного яйца. Гематома огромная, во-от такая… Быстро надевай бахилы и марш сдавать кровь! — Согласен, о чем речь? Только я… У меня ночью поднималась температура. — А сейчас как? — Марина два раза что-то мне давала, я… — отвожу взгляд я. — Эх ты… Бывшая лечила тебя? Пришел к ней, как побитый, блохастый пес? Повинился? — Хватит, Зой. Нет, не было этого. Да и Марина не из тех, кто будет прощать… Да, она не из тех… Но я точно помню, как ее хрупкая тень скользила по стене гостиной. Скрипела проклятая половица, которую я не починил, а сонную тишину жилища нарушало ее взволнованное дыхание… Она — человек с огромным, благородным сердцем. А я сволочь, обесценившая одним махом все, что она делала… И делает. — Я проведывал Макса и случайно заснул. Зой, я готов сдать кровь. Она разве подойдет? Зойка всучивает в мои руки бахилы, забирает пакет и ждет, пока я их надену. — Не подойдет, отдам ее другим пациентам, не волнуйся. |