Онлайн книга «Отмороженный»
|
— Этот извращенец за мной подглядывает! — Ну! — Михалыч почесал бороду. — Вообще-то это не извращение. Мы раньше тоже за девками в бане подсекали. Ну а как ещё знать парню, какую невесту выбрать? — И вы туда же, — выдохнула Полина и закатила глаза. Михалыч враз посерьёзнел. Самокрутку вынул изо рта, затушил о каблук и сунул за ухо. — Помощь ваша требуется, молодёжь. Манька пропала. Сбежала, курва, или, чую, случилось чего-то с ней неладное. Не могла она просто так уйти, она же к людям привязана, будто собака. А нету. Я уже все задворки обошёл, нету нигде. — Сочувствуем, — сказал Щупин. — Ядрёна копоть, да пошто мне твоё сочувствие, малахольный! — огрызнулся старик. — Русским языком талдычу — надо помочь козу найти! — А как мы её найдём? — спросил следователь. — Она же нас не знает. Мы будем кричать, а она не придёт. — Слушай, Полька, — воскликнул Михалыч, повернувшись к девушке. — Он у тебя что, такой тугой? Ты где такого жениха себе взяла? — Да не жених он мне! — возмутилась Полина. — Сколько раз говорить! — Ну-ну… Не жених, агась. Видал я, как вы тут через шторку переглядки устраиваете. Ладно, ваше дело. Не хочешь — не говори, — махнул морщинистой рукой старик. — Вы слухайте, я, значица, пойду по сопке и в сторону озера, следочки посмотрю. Может, там где-то травка помоложе, она туда и забрела. А вы сходите к оврагу. И эвон видите, на хребтине сосна здоровая торчит? Туда тоже она, бывает, заходит. Может, там. Помогите найти Маньку. Мне же Мороз за нее башку открутит. Это его любимая коза! — Как так? Я думал, это ваша коза, — удивился Щупин. — Да какая разница! Идите уже к сосне! — махнул рукой в сторону леса старик. — Только аккуратно там. Возьмите с собой что-нибудь. Топор или вилы. — Это ещё зачем? — спросила Полина. — Ну, мало ли. Медведь сейчас, конечно, не нападёт. Сытый он. Лето в самом соку, жрачки в лесу для косолапого навалом. Он и на ягоде, и на грибочках нормально отъедается. И муравьями не брезгует. А вот, если волк попадается, да ещё стая… — Медведь? — сглотнул Щупин и повёл глазами на ту сосну, к которой надо было идти. До неё, по прикидкам, было с километр через чащу. — Волки? Они что, здесь водятся? — А ты думал, тут что, Арбат тебе? — хмыкнул Михалыч. Щупин даже отступил на шаг, вцепился в полотенце, все ещё висевшее на плече. — Я не могу пойти. Мне надо с начальством всё это согласовать. И мне… — Струсил, что ли? — фыркнула Полина. — Я не струсил, я… — Тю-ю, Полька… — сощурился Михалыч. — Жоних у тебя трусоват оказался, а гонору было, как у ярмарочного петуха. — Тогда я одна пойду, дед Михалыч. Она развернулась и направилась к дому, на ходу затягивая полотенце покрепче. Щупин секунду постоял, потом сорвался и побежал за ней. — Эй, стой! Ладно, я пойду с тобой. Только возьму топор. Тебе нельзя без меня, Мороз мне потом тоже, как вот ему, голову открутит. — Эх, молодёжь, — плюнул Михалыч, глядя вслед Щупину. — Что за мужик пошёл, обмельчал совсем. Зато Полька молодец, боевая баба. Пацаном ей надо было рождаться. В батю вся. А этот… Тьфу. Звенит, как пустой бидон на ветру. Он развернулся и побрёл в сторону озера, приложив заскорузлые и желтые от махорки ладони рупором ко рту: — Ма-а-анька! Ма-а-анька! Но в ответ слышно было лишь эхо да кряканье уток с озера. |