Книга Укрощая дракона, страница 54 – Майя Фар

— Никогда не смей больше так делать! Не смей усыплять меня, словно... — Генерал замолчал, видимо сообразив, что я всё равно не пойму.

— Да, господин генерал, я поняла, но я не усыпляла вас.

— Тогда что со мной было?

— Отравление, — сказала я, ни в чём не уверенная. — Отравление магией. Ваше проклятие плохо поддаётся лечению, и вчера я не удержалась и вместо маленькой дозировки направила на рану несколько больше. И вполне вероятно, что ваш организм, генерал, сам принял решение, как переработать эту целительскую магию, которая, в общем-то, досталась вам даром. Поэтому распускать руки и рычать на меня... не стоит, — строго добавила я.

Генерал отшатнулся.

— С вашей помощью бежал пленник, которого я не успел допросить, поэтому я запрещаю вам отходить от вашей кареты без разрешения.

— А если кому-то понадобится моя помощь? — спросила я.

— Я сказал — нет, госпожа целительница. — И генерал вызвал капитана.

Я задумалась: может, я действительно сделала что-то не так? Я же многого не знала.

— Капитан, проводите госпожу целительницу и приставьте охрану, никуда не отпускать, — глухо произнёс генерал.

«Ну что ж, — подумала я, — хотя бы начал называть на „вы“, и то хлеб».

По пути к своей карете увидела одного прихрамывающего солдата, и капитан не стал противиться тому, чтобы я помогла парню.

А через несколько часов генерал отдал приказ двигаться дальше.

И вскоре наконец-то закончилась эта гряда холмов, и стало легче дышать, потому что, пока мы ехали, я за каждым новым холмом ожидала нападения.

И вот наконец мы выехали в долину, и почти сразу начали появляться поселения. Крестьянские деревянные домики стояли прямо вдоль дороги. Из кухонь доносились ароматы еды, смешиваясь с другими деревенскими запахами: сено, земля. Люди выходили из домов, но как только видели на флаге чёрного дракона над горящим замком (это был герб генерала Лаэрта), то прятались по домам, и уводили детей.

А меня где-то посередине деревни охватило странное чувство, как будто где-то кто-то нуждался в моей помощи. И когда мы уже подъезжали к выезду, то я услышала крик, потом ещё.

Мина переполошилась:

— Что случилось?

Но я её успокоила:

— Похоже, роженица.

Внезапно из одного из домов на дорогу выскочил мужчина и рухнул на колени перед лошадьми. Наша процессия остановилась.

Я передала ребёнка Мине, наказала ей сидеть в карете, а сама толкнула дверцу. Мою карету конвоировали солдаты на лошадях.

— Госпожа целительница, вам не велено выходить, — сказал один из них и перекрыл мне дорогу, не сходя с лошади.

— Дай мне поговорить с крестьянином! — приказала я и уже была готова припугнуть солдата, но он уже спешивался, освобождая дорогу.

Вскоре мужчина, в отчаянии выскочивший на дорогу, стоял передо мной и путано рассказывал, что случилось.

Я не ошиблась, у него рожала жена; это были первые роды, и он уже отчаялся. И только я собиралась задать вопрос, как несчастный замолк, с ужасом глядя в сторону. Я обернулась и увидела подходившего к нам генерал Лаэрта.

— В чём дело? — задал вопрос генерал.

И все замолчали; пришлось мне объяснять.

— Господин генерал, в доме роженица. Разрешите мне помочь? — я решила, что вежливость наше всё.

Генерал молчал, глядя на меня так, словно собирался просверлить во мне дыру.