Книга Мужья для боевой попаданки, страница 168 – Таруна Поддубная

«А может он и прав: это не мой мир. Попросить вернуть меня обратно в мой мир? А был ли тот мир моим, что он мне дал? В том мире мне постоянно приходилось бороться за выживание. Но и в этом - тоже. Но бороться пришлось не только за собственное выживание и ни одной вести борьбу» - бесконечная карусель мыслей мешала сосредоточиться.

— Александра, слушай мой голос! - крикнул муж, перекрывая скрежет щупалец о пространство. Хашим сжал перо до побелевших костяшек - Я здесь. Я держу перо. Я направлю поток, если ты дашь мне команду. Ты не одна. Ты никогда не была одна.

Я закрыла глаза. На секунду воцарилась тишина, даже щупальца замерли, словно прислушиваясь. Я видела в темноте за веками не тьму, а лица. Лица убитых женщин, лица убитых мужчин, улыбку Зинтары в тот день, когда он на поле битвы предложил мне почки твари, смех Хашима, который он так редко позволял себе.

Всё это было здесь. Внутри меня. И всё это стояло на кону.

Я медленно открыла глаза. Мир вокруг казался теперь четче, ярче в своей болезненной, искаженной красоте. Я посмотрела на безумца. Он выглядел маленьким, жалким в сравнении с той ношей, что лежала на мне.

— Я знаю, кто я, - сказала я, и мой голос прозвучал удивительно твердо. - И я знаю, что за это нужно платить.

Я подняла кубок высоко над головой. Кристалл в нем вспыхнул ослепительным светом, освещая комнату так, что даже тени от щупалец отступили.

— Зинтара! - крикнула я, не сводя глаз с черного безумца, который вдруг зашипел, закрываясь рукавами от света. – Пожалуйста помоги мне!

И он услышал. Он застонал и приподнялся. Я даже не представляю, каких трудов ему стоило принять мою магию пламени в свою сферу и вытолкнуть ее, уже напитав темнотой, в сторону Хашима. Но после того как он это сделал, я заметила, что безумец из черного стал будто темно серым.

Хашим кивнул. Он с силой вонзил перо в воздух, прямо перед собой, и из ниоткуда ударил поток света холодного, черного, как мгла преисподней. Поток света устремился ко мне, к кубку, к кристаллу.

Я почувствовала, как из меня, из самой глубины души начало вытекать тепло. Сначала это не было так больно, как я ожидала. Но боль нарастала. Мне казалась, что вокруг пылал огонь и он мен не просто обжигал, он пытался меня сжечь. Будто он - больше не мой, и не защищал меня, а, наоборот, уничтожал. Я чувствовала, как наполнялся кубок, как кристалл резонирует с магией Хашима.

Зинтара дернулся. Сфера в его руках вспыхнула черным пламенем. Он начал дышать.

Безумец в балахоне издал яростный вопль и бросился вперед, но не на Хашима – он бросился на меня, пытаясь выбить кубок из рук, пытаясь прервать ритуал. Его лицо - серое, кожа, натянутая на кости, мелькнуло совсем рядом.

— Не дам! - прохрипел он. - Наследница не узнает… не узнает до самого конца!

Но я уже была не просто Александрой. Я была частью этой портальной комнаты, частью камней, частью этого великого замысла. Я почувствовала, как магия Хашима прошла сквозь меня, связывая меня с Зинтарой, с этим местом, с самой пустотой за стеной.

Я взмахнула свободной рукой, и поток энергии, который Хашим направлял через меня, ударил в безумца, отбросив его к разбитой стене реальности. Он закричал, и это был даже не крик, а визг рвущегося металла. Его фигура начала растворяться, распадаясь на черные клочья, которые тут же засасывало в трещины, что оставляли после себя щупальца.