Книга Правда без лицензии, страница 83 – Ксения Кирина

Круадевер кивнул и добавил:

— Улица сначала называлась Свелларской, но в народе её чаще называли Светлой, и, в конце концов, её официально переименовали. Это было около тридцати лет назад.

— И что нам это даёт? — вернув ему усмешку, спросил Рэм.

— Кое-что, ситуайен Грандин. Случился забавный казус: в Светлом районе десяток лет тому назад появилась Свелларская улица. Власти Иннакарта выделили крохотный закуток в несколько домов, среди которых — начальная школа имени Фредерика Свелларси. Две школы, названные в честь известного учёного, обе престижные и обе — под покровительством Общества.

Рэм наморщил нос и повторил:

— И что нам это даёт?

— Совпадение в названиях и уже вторая по счёту школа, которую стоит проверить на Правдивость. Чем я завтра же и займусь, — объявил просветитель. — Злонамеренная не-Правда всегда оставляет следы.

Рэм извлёк из тумбочки трубку и принялся вертеть её в руках так, словно прикидывал, как бы половчее стукнуть ею аксиоманта.

Бьен незаметно для Круадевера погрозила брату пальцем. Рэм в ответ оттопырил нижнюю губу.

— А я поговорю с Мелиссой. У нас с ней как раз на завтра назначена встреча, — сказала веритарчесса. — Некто разгуливал, притворяясь мадам Мартой, — следовательно, у неё тоже пропадали письма или документы. Она может подозревать кого-то определённого.

Подозреваемым мог с лёгкостью оказаться и Круадевер: он побывал в домах Грандин и Ажитэ, являлся колдуном и преспокойно общался с не-Правдивыми существами и преступной стороной Иннакарта…

Бьен даже начала сожалеть, что приняла от него инструменты; её и без того не слишком крепкое доверие к Густаву Круадеверу то и дело повисало на тоненькой ниточке.

К Круадеверу — или всё-таки Сантуару?..

— Ваша бабушка быстро и уверенно указала на вас в качестве подозреваемых, — проговорил Густав. — Хотя при этом она потребовала, чтобы до поры об этом не знал никто, только я один. Либо мадам Грандин подстраховывалась, чтобы не опорочить свою фамилию раньше времени, либо всё-таки допускала, что вы невиновны.

Последний вариант понравился Бьен больше.

— Кто-то хотел нас подставить? — предположила она.

— Значит, этому кому-то выгодны проблемы вашей семьи. Только он просчитался: при всём уважении, характер мадам Одиллии Грандин не сахар, однако она не вынесла бы вашу даже подтверждённую вину на всеобщее обозрение.

— Это вы сейчас к чему? — Рэм нахмурился.

— К тому, что мадам Марта может подозревать кого-то из близких и не признается в этом. Или она сама помогает преступникам. Поэтому, ситуайена Грандин, — аксиомант посмотрел Бьен в глаза, — будьте осторожны со словами в беседе с ситуайеной Ажитэ.

— Не учите учёную! — резко бросила Бьен.

И тут беседу прервал стук в дверь.

Понтик, всё это время сидевший на столешнице, просеменил к Бьен, и она машинально пересадила его в ящик стола. Рэм закинул ногу на ногу и напустил на себя величественный вид. Один только Круадевер не шелохнулся.

— Входите! — позвала веритарчесса и, увидев знакомое лицо, натянула вежливую улыбку. — Добрый вечер, мадам Салвин.

Пожелание получилось, признаться, не слишком Правдивым.

У аксиоманта дрогнули губы.

— Добрый вечер, Бьенэма, — церемонно провозгласила соседка и уверенным шагом вступила в офис. Выглядела она в точности так же, как и вчера — домашнее платье,  чепчик, уличные ботинки.