Книга Правда без лицензии, страница 75 – Ксения Кирина

Бабушка осталась бы довольна произведённым на внучку впечатлением, если бы умела читать мысли.

— Ситуайена Грандин и ситуайен Круадевер, с визитом к хозяйке дома, — чопорно сообщил аксиомант слуге, протягивая визитную карточку. Юноша в ливрее подставил поднос, поклонился и просеменил наверх. Второй слуга, облачённый в костюм попроще, с поклоном принял верхнюю одежду гостей и трость и торжественно отнёс всё в боковую комнатку.

Круадевер вёл себя так, будто это он пришёл в гости к родственнице: заложив руки за спину, непринужденно прошёлся вдоль стены, зачем-то выглянул в окно, затем остановился и, широко расставив длинные ноги, принялся изучать перламутровый горшок с лохматым экзотическим растением. Бьен переминалась с ноги на ногу, борясь с желанием съёжиться и обхватить себя руками за плечи.

Пару минут спустя из бокового коридора, шаркая, появился Жозеф Паттер. Вид у него был испуганный.

— Всё-таки вы пришли, — прошелестел старичок, глядя на Бьен. — Мадам Грандин…

— Явилась?! — раскатисто прогремел на весь холл голос бабушки.

Мгновением позже появилась и она сама — начала спускаться по лестнице, отстукивая тростью каждый шаг.

Сегодня мадам Грандин вырядилась в костюм чёрного бархата с кружевной отделкой, навесила на шею громоздкое ожерелье с крупными жёлтыми камнями и вдела в уши серьги из того же гарнитура, на руки натянула чёрные ажурные перчатки. Для полноты образа «царственной» тиранши не хватало только диадемы, — вместо неё на голове бабушки красовался чёрный головной убор, похожий на тюрбан.

Несчастный дворецкий вжал голову в плечи.

— Добрый день, мадам. Не обольщайтесь, я здесь по делу, — сказала Бьен. И на секунду подумала о том, как хотелось бы занять нервные руки — как вариант, по примеру Круадевера сцепить их за спиной. Но зеркалить его позу сейчас выглядело бы ребячеством.

— Я знаю, — старуха с пренебрежением фыркнула. — Этот слизняк битый час нудил, что ты заявишься сюда, только вот внятно объяснить цель твоего визита не смог. Я поначалу решила, что он наконец-то сбрендил… — она метнула на дворецкого уничижительный взгляд. — Но нет, пожалуй, ещё немного продержится на своей службе.

— Мадам Грандин, просим прощения за вторжение, но нам необходимо сделать обыск, — тоном заядлого зануды заявил просветитель. — Поступило сообщение о том, что в вашем доме произошла не-Правдивость, связанная с письмами. Мы обязаны проверить. Прошу проявить понимание.

— Что за чепуха?! — старуха побагровела, мгновенно обретая явственное сходство с Рэмом. «А ещё от родства отпирается», — с удовлетворением отметила Бьен. — В моём доме нет ничего преступного! И ты, — бабушка ткнула пальцем в её сторону, — знаешь, что это Правда! Чёрт побери этого старого суеслова!

Под свирепым взором хозяйки Жозеф побледнел. Казалось, бедолага вот-вот расплачется.

— А я всё-таки проверю, — заупрямилась Бьен и сделала шаг вперёд. — И имею на то безоговорочное право. В конце концов, это моё фамильное гнездо!

У слуги в ливрее вытянулось лицо.

— В отдалённом будущем, — отчеканила мадам Грандин и даже пристукнула тростью о пол. — Дождись моей кончины и уж тогда делай здесь всё, что пожелаешь!

— Мне заплатили за работу, и я её выполню!

— Меркантильная девица!

— Добросовестная Правидица, — возразила Бьен.