Книга Правда без лицензии, страница 41 – Ксения Кирина

Лауд вальяжно закинул ногу на ногу, демонстрируя модные остроносые ботинки, удивительно знакомым жестом поставил локти на подлокотники кресла и соединил кончики пальцев.

Бьен насторожилась.

— Не будь так уверена в себе, Озорница, — проговорил Лауд. — И не разбрасывайся пустыми угрозами, тебе это не идёт. Тебя выследил просветитель, и он с минуты на минуту поднимется сюда. Ему нужна ты и только ты. Твои… друзья могут выметаться. Сейчас же.

Рэм вопрошающе посмотрел на сестру. Бьен качнула головой.

Веритарчесса сознавала риск, но чувствовала, что необходимо разобраться в происходящем.

— Нет? Очень жаль… — Лауд вздохнул. — Понимаете ли вы, что никому из вас не избежать столкновения?

— У меня есть заложник. Просветитель не допустит жертв, — холодно сказала Медея.

Её пленник сидел ни жив ни мёртв.

— Не льсти себе. В первую очередь он не допустит, чтобы по городу продолжала разгуливать алчущая хлосса.

— Кто? — вырвалось у Бьен.

— Ай-яй, Мэдди, — Лауд цокнул языком. — Столько Правды утаивать от друзей нехорошо. Она, мои хорошие, — самая настоящая не-Правдивая тварь. Расскажи им о том, что пыталась убить Конрада и заморочила колдуна, кровопийца!

— Это вышло случайно! Я всего лишь защищалась! — огрызнулась Медея. Нервничает, поняла Бьен.

Веритарчесса не знала, что и предпринять. Лауд говорил Правду, как и Медея, но…

— Ну, конечно же, всего лишь защищалась. Но тебе хватило соображения прихватить не что попало, а Правдиво подписанный чек на пятьдесят тысяч граний, который можно преспокойно обналичивать в банке. И ещё кое-что, представляющее немалый интерес для колдунов…

— Я лишь взяла свою долю, принадлежащую мне по праву! — выплюнула Медея. — Для Конрада это капля в море!

— Одна капля может переполнить чашу. Ты — не человек и, как ни старайся, никогда человеком не станешь. И даже чёрт тебе не поможет! Колдун тем более, — Лауд осклабился. — Все говорят о том, что ты ему больше не нужна. Конраду, кстати, тоже. И ты понимаешь, почему: первый мёртв, а для второго мертва ты.

— Правдиво ли, что Конрад — ваш муж, мадам? — не удержавшись, спросила Бьен.

Если Медея — не-Правдивое существо, применимы ли к ней общечеловеческие законы?

За Озорницу ответил Лауд:

— Если с не-Правдивым существом можно заключить брак, то да. Документов, подтверждающих это, я, Правда, не видел. Но не её семейный статус меня интересует. Чёрт с ними, с деньгами, колдуна можно нанять другого, ту же ведьму из Злачного Уголка, но вот эту украденную вещицу…

— Я ничего не отдам! Тебе придётся утереться. Можешь передать Конраду, — пусть считает, что это отступные. Если он оставит меня в покое, я не стану возникать на его пути.

Медея не лгала. Почти. И Лауд это тоже почувствовал… или же знал наверняка — потому что со смешком сказал:

— Неправильный ответ, Озорница. Вина за случившееся целиком и полностью лежит на тебе. И присвоила ты то, что оплачено кровью. Аксиомант в обмен за наводку на тебя как на не-Правдивую тварь готов закрыть глаза на некоторые наши делишки.

— Сначала ему придётся с нами совладать, — бравада в голосе Медеи была напускной. Уверенность хлоссы (да что же это за существо?!) в веритарчерах пошатнулась, и Бьен не винила её, поскольку сама отчаянно пыталась сообразить, как выйти из ситуации с наименьшими потерями.