Книга Правда без лицензии, страница 281 – Ксения Кирина

Мадам Грандин опустилась в кресло.

— Позволю себе предположить — этот сантуарский фат ухаживает за тобой? — спросила она, едва дверь закрылась.

— Можно сказать и так… — промямлила Бьен, приземлившись на сиденье, и порадовалась отсутствию Рэма — он мог отпустить какой-нибудь язвительный комментарий и тем самым выдать сестру.

Бабушка не стала вдаваться в подробности.

— Ему же лучше, — удовлетворённо отметила она. — Я пришла разузнать, как обстоит дело с ситуайеном Труффари. В последние две недели он совершенно выпал из Общества. Ты с твоим рыжим ухажёром интересовалась его письмами и что-нибудь наверняка знаешь.

— Вы правы, мадам, — знаю. Но вам это не понравится, — честно сказала Бьен.

Мадам Грандин нетерпеливо махнула рукой.

— Мне известно, что Правда бывает гадкой на вкус гораздо чаще, чем сладкой. Горькое лекарство полезно для здоровья. Только сначала скажи-ка мне: это долгий рассказ или же ты сумеешь уложиться в несколько минут? Если долгий, нам лучше побеседовать в другое время и в другом месте — например, у меня дома.

— Я постараюсь быть краткой, мадам.

Бьен в нескольких фразах изложила бабушке сведения о её злополучном (и по Правде не существующем) поклоннике. Мадам Грандин слушала с непроницаемым лицом, — испытываемые ею чувства выдавали только пальцы, до скрипа стиснувшие набалдашник трости, и красноватые пятна на щеках.

— Он сейчас в Сантуаре, — проговорила она. — И Правдиво рассказывает обо всех своих делишках. Многих ли он так одурачил, с помощью романтических писем?

— Насколько мне известно, в Обществе он появлялся под единственной личиной, — осторожно сказала Бьен. — Вряд ли он рискнул бы очаровывать кого-нибудь ещё… но кто знает?

— То, что он одурачил меня —и какодурачил! — станет общеизвестно. Гнусная шваль, чёрт побери! — и мадам Грандин добавила ещё несколько ругательств, более приличествующих Злачному Уголку, нежели Ландышевому Переулку (не говоря уж о Светлом районе Иннакарта).

— Если вас это беспокоит, я попрошу, чтобы с него взяли Правдивую подпись о неразглашении вашего имени, — предложила Бьен, когда бабушка выдохлась.

Мадам Грандин в один глубокий вдох вернула самообладание.

— Буду благодарна, Бьенэма. Жду вас завтра к пяти часам, — откликнулась она и свернула визит.

Растерянная такими метаморфозами Бьен проводила её на крыльцо. Во дворе мадам Грандин дожидался экипаж.

— Какое счастье, что она не задержалась, — прошептал Рэм, провожая взглядом отъезд дражайшей родственницы.

— Думаю, нам тоже нечего рассиживаться, — сказала Бьен. — Ситуайен Круадевер, ситуайен Леммар в это время уже на службе?

— Разумеется.

— Арестованные сейчас находятся в Сантуаре, — утвердительно продолжила веритарчесса.

— Если бы они осуществили побег, нас бы уже оповестили об этом, — Густав посмотрел на часы. — Получаса будет достаточно? Тогда я займусь тем, что найду нам экипаж. Встретимся здесь через тридцать минут.

На том и порешив, веритарчеры направились к себе в офис — вернее, направилась Бьен, Рэм просто пошёл следом. Аксиомант начал подниматься по лестнице (для выхода из дома всё-таки требовались пальто и шляпа), и ему навстречу почти слетела мадам Салвин, одетая по-домашнему. На приветствие Густава она буркнула что-то невнятное и ринулась к веритарчерству.