Книга Правда без лицензии, страница 279 – Ксения Кирина

Несколько мгновений веритарчесса сверлила взглядом ковёр, затем вспомнила, что разулась перед колдовством, и запрокинула голову, почти ожидая, что Густав сбросит ей её обувь. Не сбросил.

В остальном, это было утро, наполненное привычными хлопотами: умывание, переодевание, причёска (в данном случае, переделанная), завтрак, чай, мытьё посуды… И следом — начало обычного рабочего дня. Единственное, что необычного сделала Бьен — как можно убедительнее попросила домочадцев не распространяться о её внезапном замужестве. В матери и Рэме она была уверена, а вот к Оресту доверие после вчерашнего дало трещину (несмотря на благополучный исход); и дед Фейвел с лёгкостью мог ляпнуть при соседях что-нибудь не то, несмотря на склонность к домоседству… Бьен на секунду задумалась о том, чтобы Вправду запретить дражайшим родственникам говорить о ней, как на балу запретила Дессину, но отказалась от этой затеи как от чересчур Правдопротивной.

После завтрака только дед Фейвел мог себе позволить не утруждаться заботами. У Ореста было ещё два выходных дня, однако после вчерашних приключений старший из братьев Грандинов не знал, куда себя деть, чтобы лишний раз не попадаться на глаза брату и сестре; мадам Катрина быстро нашла ему занятие — сопровождать её в походе за покупками. Погода радовала ясным небом, и даже дед Фейвел изъявил желание совершить прогулку в компании племянницы и внучатого племянника.

Пока они собирались, Бьен и Рэм спустились к офису и встретились с Тьяго: он как раз отпирал лавку.

— Если вы не очень заняты, я хотел бы зайти на пять минут, — попросил он после обмена приветствиями.

Бьен и Рэм не были заняты (пока что), о чём дружно сообщили, и Подстрочник поделился с ними новостями из Кругов.

Возвращение Медеи вызвало у Тортуозов неоднозначный отклик, и из-за того, что Конрад её защищает, многие заподозрили, что она его одурачила с помощью колдовства, — хотя открыто обвинить хлоссу пока никто не решился. Также всех взбудоражило известие об аресте Леларрона, его приспешников и биншш-ит Айви и Эшлин. Вечером к мадам Фрайду приходили двое просветителей, немолодой и юнец; о чём они говорили с ведьмой, никто не знает, но потом они просто ушли, а Фрайду не проявила никаких признаков беспокойства и не ударилась в бега. Более того — она снова открыла своё заведение и, кажется, пригласила «Прыткие ножки» (данная новость заинтересовала Рэма, хотя он и пытался это скрыть). О таинственной помощнице Подстрочника несколько призабыли, что веритарчессу только порадовало.

Когда Тьяго договорил и уже почти ушёл к себе в лавку, в проходную спустилась мадам Катрина, — и Подстрочник не упустил возможность оказать ей знаки внимания. Оресту и деду Фейвелу пришлось дожидаться окончания ритуала галантности.

— Ну вот, ты пристроена, и мама со спокойной душой может заняться своей личной жизнью, — с ухмылкой заметил Рэм, когда все наконец разошлись по своим делам и веритарчеры остались в своём офисе одни.

— Благодарение Правде, всё сложилось наилучшим образом, — отозвалась Бьен и проверила Лу — та крепко и безмятежно спала в ящике стола. — Если мама выйдет замуж — чудесно. А если ещё и бабушка найдёт себе Правдивую вторую половинку, больше нечего и желать.

Рэм поперхнулся воздухом.