Онлайн книга «Правда без лицензии»
|
— Вот поэтому и поседела, — не растерялась Бьен. — Мы все участвовали в задержании опасных преступников, мадам, — объявила она самым неприступным тоном, на какой только была способна, и сложила руки на груди. — Прошу прощения, но дело важное и крайне секретное. Мадам Салвин открыла рот, и в этот момент на крыльце появился ещё один участник «крайне секретного дела», бледный и несколько… помятый, будто только что поднялся с дивана. — Доброго дня, мадам, — сердечно поздоровался с соседкой Густав и обратил взор на Бьен. — А я вас ищу, ситуайена Грандин. Мне позарез нужна помощь веритарчера. Могу ли я попросить вас уделить мне немного времени? Бьен, её братья и Подстрочник, не сговариваясь, уставились на Густава. Затем Рэм и Орест одновременно повернулись к сестре. Обратившись к Бьен по её девичьей фамилии, аксиомант произнёс Правду, и веритарчесса не могла это опровергнуть. Выходит, своей женой он её не признаёт, даже при свидетелях заключения брака? Быть может, оно и к лучшему, отстранённо подумала Бьен. Остуду они разделили и почти побороли. Знакомство с новыми родственниками отменится, матушка расстроится, но что поделать… Ну и кавардак. — Пройдёмте в офис, ситуайен Круадевер, — произнесла Бьен, и собственный голос показался ей чужим. — Рэм, Орест, вас ждёт матушка. Она не знала, насколько последнее утверждение Правдиво, но ей было необходимо поговорить с Густавом тет-а-тет. К счастью, мадам Салвин за ними не увязалась (а если бы увязалась, подслушиванию воспрепятствовали бы фиалки). Зато в офис порывался просочиться Рэм, разрывавшийся между доверием к сестре и желанием оберегать её от Густава; первое всё-таки победило. Бьен едва успела шёпотом передать брату совет Лиса. Сам франт До Ленца громко попрощался со всеми и зашагал прочь, весело насвистывая. — Я опять всё порчу, — внезапно сказал Густав, закрыв за собой дверь офиса. — В вашем присутствии я разучился подбирать слова. О, чёрт! Бьен от неожиданности споткнулась и ухватилась за край стола, чтобы не упасть. — Вам плохо? — засуетился аксиомант. Бьен не успела опомниться, как очутилась в кресле. Тёплая ладонь легла ей на лоб. — Вам следовало бы оставаться дома, вы ещё не оправились от Остуды… — Какой же вы всё-таки… Он внимательно посмотрел на неё, ожидая продолжения. Бьен судорожно пыталась собраться с мыслями, глядя ему в лицо. — Вы назвали меня «ситуайена Грандин», но сказали Правду. — Вы же не перестали быть дочерью своего отца, — легко и просто ответил Густав, продолжая стоять на коленях возле кресла. — И мне показалось, что вы не захотите вот так сразу оповещать нашу соседку о вашем новом статусе. А ещё можно взять двойную фамилию, и тогда любая её часть, какую ни назови, будет Правдой, — задумчиво добавил он, беря Бьен за руки. Веритарчесса залилась жарким румянцем. Вот так. Это она, глупая, сама придумала, сама себя же и принялась изводить. А по Правде-то… Густав не назвал её глупой вслух, но мысленно — почти наверняка. — Вы Правдивы и правы, но это ужасно раздражает, — с вызовом бросила Бьен и попыталась отстраниться, позабыв, что отстраняться некуда. — Такова часто бывает Правда, — непринуждённо заметил Густав. Несколько минут аксиомант и веритарчесса молчали. Бьен формулировала в уме вопрос, но мгновенно его забыла, когда Густав заговорил: |