Книга Правда без лицензии, страница 157 – Ксения Кирина

Медею, на самом-то деле, и не нужно было просить. Выслушав Бьен, она закатила глаза и со смешком сказала:

— Ну разумеется, без его просьбы я бы ни за что не стала терпеть жажду! Он понимает, насколько смешон в своих расшаркиваниях? Ох уж эти… галантные мужчины. Но в одном он всё-таки прав: тебе пора отдохнуть, дорогуша.

Четверг начался для Бьен тяжко. С постели она поднялась с большим трудом — отдача от создания Печатей настигла её: всё тело налилось тяжестью, под веки словно насыпали песку, зверски хотелось спать… однако рабочий день никто не отменял.

Когда Бьен пришла к завтраку, остальные обитатели квартиры уже были в сборе. Дед Фейвел уткнулся в любимую газету. Орест и Рэм наперегонки поглощали омлет и свежий хлеб со сливочным маслом и вареньем. Медея ела медленно, тщательно пережевывая каждый кусочек; противоестественная бледность так и не сошла с её лица, под глазами набрякли мешки.

Пожелав всем доброго утра, Бьен села рядом с матерью и налила себе чашку чаю. Аппетит отсутствовал, и даже слегка мутило.

Мадам Катрина с удивлением рассматривала белый прямоугольник размером с ладонь.

— Приглашение на чай. Сегодня, в пять часов. От мадам Марты Ажитэ.

Бьен сразу вспомнила, что Мелисса говорила об этом, но её слова с понедельника так и оставались словами — до сегодняшнего утра. Разве приглашение не отменилось после вчерашнего?..

По всей видимости, нет.

— Не слишком-то прилично высылать приглашение в тот же самый день, что и чаепитие, — матушка покачала головой. — Мадам Марта в своём репертуаре. Её рассеянность неисправима.

Или же всё было подстроено так, чтобы Грандины были вынуждены с извинениями отклонить приглашение. Но это соображение Бьен оставила при себе и взамен спросила у матери, хочет ли она посетить чаепитие.

— Хм… почему бы и нет? — непринуждённым тоном заметила мадам Катрина. — Я уже две недели не делала визиты. Пора развеяться. Бьен, пойдёшь со мной? Рэм? Орест на службе…

— Мы тоже, мам, — торопливо добавил Рэм. Он все эти посиделки недолюбливал.

— Думаю, ничего страшного не случится, если вы сегодня закроетесь на три часа раньше.

Рэм скорчил рожу и заявил:

— У меня есть дело, я не могу пойти на чай.

Что любопытно — он нисколько не обманывал.

Объяснение его занятости могло быть простым: очередная помощь Оресту в жандармерии. Однако Бьен (не без оснований) заподозрила, что Рэм за её спиной договорился о чём-то с Круадевером.

— У меня с утра встреча с мадам Салвин, — сказала она, заставила себя взять кусок хлеба и принялась намазывать его маслом.

— Так с утра же. А чай в пять часов пополудни.

— Я и не отказываюсь. Просто говорю о встрече с мадам Салвин. Она хотела рассказать что-то очень важное.

— Очень важную очередную сплетню, — пробормотал Рэм, громко хрюкнул и тут же получил от матери несильного воспитательного шлепка полотенцем по шее.

Медея поджала губы, сдерживая смех (чтобы и ей не попало).

— Простите, ситуайена Эскро, что не можем взять вас с собой, — сказала мадам Катрина.

— Что вы, мадам! Я всё понимаю и очень благодарна вам за ваше гостеприимство.

Орест хотел что-то добавить, но наткнулся на предупреждающий взгляд матери и срочно захотел съесть ещё один бутерброд.

— Кстати говоря, а что же ситуайен Круадевер? — будто невзначай поинтересовалась мадам Катрина. — Вы вчера сделали то, в чём ему требовалась помощь?