Книга Правда без лицензии, страница 112 – Ксения Кирина

— Разделение? — переспросила Бьен.

— Неявное, исподволь, вроде того подражания Кругам и Тортуозам, о котором вы рассказывали. Похоже, что кто-то планомерно выискивает среди учащихся будущих колдунов, чтобы заблаговременно вывести их из-под внимания Сантуара. Инцидент, о котором вы рассказывали, произошёл из-за того, что этот кто-то хватил лишнего с колдовством.

— Но какой прок колдунам от детей? Ведь способности к колдовству проявляются в сознательном возрасте, а в школах подавляющее большинство учеников совсем ещё малыши… и дело не в количестве лет.

— Дети — желанная добыча подонков, жаждущих подстраивать Правду под собственные прихоти. Податливый, восприимчивый разум, мягкая сила воли, отсутствие жизненного опыта, — объяснил аксиомант. — Мало кому известно вне Сантуара, но из любого ребёнка даже без наличия нужных способностей можно создать колдуна, — владеющего единственной колдовской формой, но которым легко управлять…

— Безвольные куклы! — ужаснулась веритарчесса.

— И очень опасные куклы. Дети — самые могущественные колдуны. Особенно одинокие дети. Пусть их колдовство и ограниченно, их страхи могут сотворить ужасающие вещи, рядом с которыми ваши пауки, ситуайена, покажутся плюшевыми игрушками, — помрачнев, добавил Круадевер. — Хотя это пока только мои предположения, преступно дожидаться, пока какое-нибудь из них оправдается. Только вот… — он устало вздохнул. — Полагаю, я своим появлением всё-таки спугнул колдунов, и теперь они затаятся.

— У них ничего не получится, — Бьен сама не ожидала от себя такой уверенности, с какой произнесла эти слова. — Они уже изрядно наследили по всему Иннакарту. Мы их найдём и остановим.

И это была Правда.

— Ситуайена Грандин, вы не боитесь, что эти самые «они» могут обладать достаточной властью, чтобы навредить вам или того хуже?.. — тихо проговорил Густав.

Бьен сложила руки на груди и отчеканила:

— Не всегда чёрт так страшен, каким его калякают на бумаге! Гнусные твари затронули детей, затронули мою семью, и я не отступлюсь, пока они не получат то, что им причитается!

Воинственный настрой веритарчессы аксиомант воспринял с безрадостным одобрением, не замедлив добавить:

— Чтобы преступники получили своё, хорошо бы вызнать их истинное лицо, а не маску. Даже Правидение не всегда помогает разглядеть чуждые черты и отличить их от прирождённых. Могли быть украдены десятки почерков, и с их помощью могут быть созданы десятки личин. Чье лицо будет использовано в следующий раз? Одной Правде известно. Единственно можно утверждать, что это будет не простой обыватель с улицы, а кто-то значительный или достаточно приметный. Почти наверняка — кто-то из Общества.

Рассуждал Круадевер, в общем-то, правильно, хотя и как-то удручённо, рисуя картину в мрачных тонах. Бьен, представив себе вероятный охват преступления, остыла и на мгновение испугалась, но под испытующим взглядом Густава постаралась справиться с волнением.

Ей это удалось, и дело заиграло гораздо более яркими красками.

— Навряд ли личины печатают десятками, как газеты в типографии, — возразила веритарчесса после короткого раздумья. — Я не умею создавать личины, но помню, что мадам Фрайду рассказывала о них. Чтобы создать по-настоящему Правдоподобную личину, понадобится немалое мастерство, изрядное количество времени, сил и точные мерки того, кто её наденет. Как с одеждой: если она мала или велика, это сразу будет видно и причинит определённые неудобства.