Книга Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача, страница 167 – Мария Вельская

В голове всё перемешалось, перепуталось. Долгие годы он жил лишь одним обещанием мести. Он был уверен в том, что во всем виноват Бьюмерт Кайто. Позже подозревал шайку Тиранталя — и частично оказался прав.

Но отец... Драконы!

Месть считается родовой книгой законной только тогда, когда глава рода совершил проступок, наказание за который одно — смерть. Узнает ли он когда-нибудь, что именно сделал его отец? Тот, кого он помнил преданным, сильным, любящим, непобедимым воином со своим кодексом чести? И стоит ли ему это знать — или сохранить о родном человеке добрую память?

Он плохо помнил тот день, когда его семьи не стало. Он был уверен, что нападавшие были одни. Но что, если драконы разрушили защиту поместья, а вслед за ними пришли шакалы Тиранталя под предводительством отступника Шиакри?

Кулак врезался в пол. Из груди вырвался рык.

Сестра. Его сестра жива! Почему в голове всё так путается? Его пугало, что семья осталась в памяти счастливым солнечным пятном — и только. Он с трудом мог вспомнить, как выглядела мать. Как она улыбалась ему и гладила его по голове, как тихо звенел её голос, мурлыкая колыбельные — это он помнил.

Как отец занимался с ним на мечах — тоже. Помнил короткую бородку и низкий редкий смех. Ощущение строгости. Но верно ли он помнил?

Он даже путал порой, был ли у него брат — или сестра?

Его память творила странные вещи, неся в себе лишь ощущение безграничной боли и печали.

И ощущения, что он забыл ещё что-то важное. Очень важное.

Нужно выйти. Выйти на свежий воздух. Сейчас, после этой находки, он не готов пройти по старым лестницам, подняться в детские комнаты и увидеть залу с облупившимся роялем.

Пошатнувшись, Вириан поспешно выбрался на крыльцо.

Сад давно зарос, но дышалось здесь легче. В голове прояснилось.

Когда год назад дальний родич, архимаг Долмер Шаи Кайто попросил приглядеться к наследнику Мориану, Вириан очень хотел отмахнулся. Он считал Мориана Кайто тюфяком и дураком, тупым как пробка. Ведомым слюнтяем, который позволил кукловодам уничтожать род и дергать себя за ниточки, потому что в коконе незнания было очень удобно и уютно.

Но когда он узнал, что Мориан Кайто поступил сразу на старший курс элитной академии Мойэраати. Когда подошёл к нему — и напоролся, как на укол шпагой, на ледяной взгляд, выпивающий душу...

Когда потом, день за днём, раз за разом, по жестам, оговоркам, поступкам начал складывать новую картину.

Тогда он понял, что ему повезло. Безумно повезло. Кто бы ни был этот новый лорд Кайто, это был не настоящий Мориан. Это был тот, кто мог поднять Кайто с колен. Мог помочь Вириану отомстить. Ему он был готов служить до последней капли крови.

Правда о Моршерре Декерет не шокировала. Может, он был к ней готов. Неважно, какое имя носил его господин, он был достоин верности Вириана. Энергат? Палач? Для Вириана Нор-Рескель это был повод для гордости.

Он чувствовал себя нужным. Полезным. Пустота от смерти семьи не исчезла, но впервые немного поблекла.

Господин не обманул. Он смог отомстить. Он смог изменить этот мир. И теперь Вириан позволил себе отпроситься ненадолго. Несколько дней на то, чтобы окончательно уладить личные дела — всё, что ему было нужно.

— Иди. И не возвращайся до тех пор, пока не будешь готов, — спокойно ответил ему лорд Мориан Кайариато.