Книга След пророчества, страница 86 – Людмила Закалюжная

В светлой столовой за длинным столом, инкрустированным перламутром, сидела баронесса. На ней было атласное платье цвета слоновой кости, украшенное вышивкой. Ее волосы, уложенные в сложную прическу, отливали серебром, а на шее блестело ожерелье из драгоценных камней. Она высокомерно бросила на меня взгляд и продолжила читать журнал мод, небрежно перелистывая страницы тонкими, унизанными перстнями пальцами.

С каким удовольствием я бы села подальше от баронессы! Взгляд ее голубых глаз, будто пронизанный тихой яростью, заставлял чувствовать себя неуютно. Но служанка почтительно указала мне на место напротив матери Эриха. Здесь уже стоял изящный прибор с фарфоровой посудой, сверкающей в свете хрустальных люстр.

— Как только хозяин займет место, начнут подавать ужин, — мягко предупредила меня служанка, чуть склонив голову.

Я окинула взглядом богато убранную столовую: тяжелые шторы с золотыми нитями, картины в массивных рамах, резные шкафы с фарфоровыми статуэтками и вазами. В воздухе витал легкий аромат цветов и пряностей. Оставалось только надеяться, что Эрих не заставит себя долго ждать.

Баронесса медленно отложила журнал. Ее холодный взгляд скользнул по моему простенькому платью, и на ее губах застыла слабая, уничижительная улыбка

— Думаешь, ради тебя мой сын снимет хидсу? — ее голос был тихим и бархатным, но каждое слово било точно в цель. — Наивная девочка. Ты для него — лишь экзотическое развлечение. Фон Лихтены всегда возвращаются в свою обитель чистокровных.

Она взяла со стола свой хрустальный фужер, но не чтобы пить, а просто повертела его в тонких пальцах, поймав луч света.

— Надеюсь, вы понимаете, фройляйн, что ваше пребывание в этом доме... явление временное. Оно не по вашему статусу. Как, впрочем, и многое в этой жизни, к которой вы так наивно тянетесь.

Ее слова били больнее, чем любая пощечина. Она не кричала и не жестикулировала. Она вела дуэль, и ее оружием были тихие, отточенные фразы, каждая из которых была ядовита. Я чувствовала, как по щекам разливается жар, но сжала пальцы под столом, заставляя себя держать удар. Слезы или гнев были бы для нее победой. А я сдаваться не собиралась.

В этот момент дверь распахнулась, и в столовую вошел Эрих. Его влажные волосы, небрежно зачесанные назад, свидетельствовали о том, что он только что принял душ. Он одним взглядом оценил обстановку — мое напряженное лицо, ядовито-спокойную позу матери.

— Надеюсь, я не прервал увлекательную беседу? — произнес он, и его голос прозвучал ровно, но в нем явно слышалась сталь.

— Все прекрасно, — слишком любезно сказала баронесса, даже не взглянув на меня.

Ужин прошел на удивление спокойно. Правда, в напряженном молчании. Но, по крайней мере, не было яростных споров и презрительных слов от баронессы. Она будто удовлетворилась тем, что высказала мне.

Когда ужин подошел к концу, баронесса величественно попросила отнести чай в ее комнату и гордо покинула столовую. Как только она вышла, Эрих тихо произнес:

— За моим домом следят.

«Выходит, он не сможет поехать со мной на встречу, — немного разочарованно подумала я. —Придется добираться одной. Ничего. Не впервой. Справлюсь». С бароном было бы надежнее, а еще… он был нужен на встрече. Потому что знал план бункера и не только. Эрих бы нам пригодился. Хотя… возможно, у него свой план?