Книга След пророчества, страница 101 – Людмила Закалюжная

— От вещателей узнал? — буркнула я, стараясь скрыть свое смущение.

Гром покачал головой:

— Нашел логическое объяснение, почему барон фон Лихтен решил сжечь мосты и все — ради русского агента.

«А еще цыганки и полукровки», — с горькой иронией подумала я.

— Этот дачный домик принадлежит оберсту, и он под надежной охраной, — продолжил Трофимов. — Переждете здесь, выспитесь, отдохнете и покинете Берлин. Здесь вы в безопасности. Стикс еще есть?

— Шесть таблеток осталось, — неожиданно усталость нахлынула волной, и я опустилась на диван.

Трофимов сунул мне в руку стандарт — десять штук. Молча, словно привык к таким моментам.

Напарник прищурился, продолжая изучать меня внимательным взглядом, и я, чтобы немного поменять тему, спросила его о ранении — было ли оно настоящим? Потому что больше двух недель назад я видела агента Грома без сознания в храме.

Он слегка улыбнулся.

— Ранение было настоящим, но Мишанин давно не доверяет Ковальскому. Моей подлинной миссией было притвориться «козлом отпущения», позволить себя изолировать и ждать сигнала. Когда Ковальский решил, что я никуда не денусь, то ослабил надзор. А сообщение барона стало тем самым сигналом.

Трофимов сделал паузу, глядя мне прямо в глаза, и добавил:

— Мы шли по твоему следу с самого начала, агент Тень. Ты оставила довольно широкую тропу, — Гром усмехнулся, и в его голосе прозвучала усталая удовлетворенность. — Что ж, задание почти... выполнено. Артефакт не украден, но уничтожен, агенты спасены. Я уверен в призраках Бронислава, они спрячут наших до отправления домой. Пора думать о возвращении домой.

— Пора, — согласилась я.

Снег шел с вечера. Крупные, неторопливые хлопья кружились в свете фонаря у калитки и ложились на темные ветви елей, на подмерзшую землю у берега. В доме было тихо, тепло и безопасно. Потрескивание поленьев в камине — единственный звук, нарушавший совершенную тишину.

Я стояла у большого окна, глядя на белую пелену, медленно укутывавшую лес и гладь залива. Тишина, которую я впитывала как целебный бальзам. Никакого напряжения, никакого вечного ожидания удара в спину. Только покой… Чуть больше двух месяцев я здесь, но по ночам все так же вижу Фрейдриха и его голубые глаза, полные ненависти. Порой я думала, каким бы оказался мой брат, если бы я росла вместе с ним? Какой бы стала я, если бы отец забрал меня к себе? Возможно, все должно было произойти так, как случилось, чтобы был уничтожен опасный артефакт.

ежБегство из Германии заняло больше времени, чем ожидалось. «Серая Лига» шныряла по улицам и переулкам Берлина, выставила посты на всех дорогах из города. Эрик выздоравливал не так быстро, как хотелось бы, ведьмагия зрячих не могла ему помочь из-за стикса. Но без него было нельзя: эти таблетки спасали наши жизни, скрывая от магии вещателей и искателей. Однако исцелению помогала парная магия, она берегла Эриха, как могла. Его рана медленно, но заживала. Серебряные нити, словно невидимая паутина света, стягивали плоть и успокаивали на короткое время боль.

План Трофимова рухнул: через три дня мы так и не покинули дом Карла. Лишь через неделю, когда Эрих смог подняться и, пусть медленно, но двигаться, за нами пришли «призраки» Бронислава и… Агнешка.

Мы обнялись как сестры. Пусть я по-прежнему относилась к ней с осторожностью, но все пережитое сблизило нас. А неожиданный откровенный разговор растопил последний лед навсегда.