Книга Стой, я не договорила!, страница 18 – Анастасия Разумовская

— Вы обе ими станете прямо сейчас, — холодный голос буквально наполнил собой помещение. — На четыре шага друг от друга отошли.

Я застыла, сразу его узнав. Но Берити, оскалившись, кинулась на меня, явно метив зубами в шею. Что-то невидимое, но мощное отшвырнуло её в стену, и девушка, потеряв сознание, кулем свалилась на пол. Из её носа потекла струйка крови.

А я смотрела, не отрываясь, на мужчину в чёрной длинной мантии. В такого же цвета одеянии под ней, похожем на рясу монаха. Светловолосого, с глазами, полными тьмой. На груди его ярко пылал серебром знак овна.

— Я не повторяю приказов. Советую запомнить это сразу, — равнодушно пояснил магистр Иштефан, подходя к нам от двери.

Мой Степан. Мой козёл. Лжец и предатель. Тот, кому я поклялась отомстить.

И отныне — мой магистр.

Брюнет, влюблённый в Берити, кинулся было к ней, но Иштефан поднял руку, и парень застыл. Судя по дёрганью тела — не совсем добровольно. Белобрысый тоже вскочил из-за стола, бледнея. Лишь косматый в углу остался безучастен к появлению мага, только склонил голову ещё ниже.

— Княжна Эуджения? — чёрные глаза обратили взгляд на меня. — Мне сообщили о вашем желании учиться на моём факультете. Теперь, когда вы немного ближе познакомились с вашими будущими… товарищами, мне хотелось бы уточнить: не передумали ли вы. Это ваш последний шанс изменить своё решение.

Я вдруг поняла, что меня изначально смутило: дело в том, что Иштефан именно приближался. Не шёл. Не летел и не парил, а просто становился ближе и ближе, не делая при этом ни единого шага. Может, Стёпы и вообще здесь нет, а это лишь проекция? Такое бывает в фильмах и достигается…

«Ты не о том думаешь, Женька», — резко оборвала я себя.

А потом до меня дошло: бывший хочет, чтобы я отказалась, и при этом в его голосе столько… презрения. Откровенного, нескрываемого. Уж что-что, а интонации превосходства я отлично распознаю. Захотелось подойти и от души влепить ему пощёчину, но…

… если это проекция? Меня попросту отчислят за нарушение дисциплины, и я так не выскажу всё, что очень-очень хочется сказать.

— Странный вопрос, магистр, — я пожала плечами и вскинула подбородок. — С чего бы мне передумывать? Это дикое животное толком не знает чего хочет: то туда бежит, то сюда рысит, а людям свойственно принимать решения осознанно.

— И как вам понравилось осознанно драться с оборотнями? — полюбопытствовал Иштефан.

— Драться? — я удивлённо подняла брови и огляделась. — А разве здесь была драка? Ну, до того, как вы напали на адептку Берити, конечно. Однако вряд ли избиение девушки могущественным магом можно назвать дракой в строгом смысле этого слова. Мы с ребятами просто общались и знакомились друг с другом поближе.

— Вот как?

Он отвернулся и потерял ко мне интерес. Щёлкнул пальцами. Солир отмер и кинулся к возлюбленной рыжуле.

— Даю вам пять минут привести себя в порядок. Всех пятерых жду снаружи.

Магистр вышел. Обычным шагом, привычно подкидывая подол «рясы» сапогом. Не иллюзия? То есть можно было всё же обесчестить его лицо пощёчиной? На миг мне стало жаль упущенной возможности, но потом я напомнила себе, что ненавижу публичные скандалы и разборки, и сожаление отпустило.

Берити, очнувшись, приподнялась на локте. Я подошла к одному из своих сундуков, открыла его, достала сумочку, напоминающую рюкзачок, вынула оттуда платок, приблизилась к ребятам, окружившим пострадавшую, и протянула им: