Книга Эн. В поисках таланта, страница 85 – Мария Комягина

Что она и сказала вслух.

— Это и пугает. Лечим тогда этого...

— А ты знаешь кто он? - приблизившись к самому лицу мужчины, Эн подумала, что она где-то видела его, или кого-то похожего. Стоило перебрать воспоминания в поисках совпадений. Но потом.

— Его зовут Мангуш, я встречала его раньше. И он, - она выдержала эффектную паузу, - сын Бастия.

— Первого?

— Единственного.

То есть это получается...

— По Бастию и не скажешь, что у его сына трудности с выживанием. Или он внебрачный? Названный? Двадцать шестой?

— Брачный, единокровный. Первый и последний.

— Что ж он не следит за досугом чада своего. Уйдет случайно в Безмирье, и потом на кого клан оставлять. Наследник же.

— Или натворил чего? Наказан? - выдвинула новое предположение Эн.

Мангуш приоткрыл обветренные, сухие губы и едва слышно выдохнул:

— Продал.

— Я и говорю, странные отношения, - ничуть не удивившись, Эн покачала головой. - Наследника продал. Старик из ума выжил.

— Он сказал предал, а не продал.

— Кто?

— Ногай, - ответил Мангуш.

Эн перевела вопросительный взгляд на Знахарку, уточняя, знает ли она о ком идёт речь. Та в ответ пожала плечами.

— Может бредит?

— Ногай предал, ловушка Ювхи. Отец не знает, - рваными словами выталкивал из себя мысли Мангуш.

— А тени разве не ваши? - махнув в сторону двери, Эн сомневалась в разумности больного человека.

— Ногая.

— Итак, некий Ногай сговорился с Ювхи, устроили ловушку, поймали сына Верховного, покормили его кровью охотницу, и оставили дожидаться последнего часа под замком и стражей из своих же воинов. Для чего такие сложности? Не только же ради пропитания голодающей? Враждуете с Ногаем?

— Нет.

— И все?

Больше Мангуш не мог ничего сказать, силы его покинули. После снадобья Знахарки он тотчас закрыл глаза и провалился в тревожное, но лечебное, забытье.

Эн присев рядом, откинулась на ствол дерева, тоже то уплывая в сон, то резко просыпаясь, чувствуя чужое присутствие. Внутреннее чутье ее не подвело. Голос звал Эн.

"Услышь...Услышь меня."

"Ты кто?"

"Я тот, кто может тебе помочь."

"Преувеличенное заявление. Шыча спасёшь?"

"Да, взамен твоей услуги. Помогу ещё избавиться от каффа рабыни.

"Щедро. Какая услуга?"

"Об этом позже. Все что тебе нужно, это слушаться моих советов и следовать им."

Эн усмехнулась. И этот туда же. Если некто может пробраться в ее мысли, почему она никогда не пробовала сделать то же самое, в обратную сторону.

Она отгородилась от окружающего пространства, сделать это оказалось очень легко сейчас, когда ничего не чувствуешь. Вообще, безэмоциональность - удобное качество. Как будто отбросил в сторону, все что окрашивает и наполняет события и мысли, и остаётся главное, а перекрытые чувствами, невидимые связи между вещами, обретают очертания.

Нашла мысль-ниточку от чужака, пошла за ней. Пустота, сначала приятная, как будто путник долго скитался по миру и наконец вернулся в любимое место, но затем вязкая, тягучая, не пропускающая вперёд ни на шаг.

Остановилась, стряхнула с себя тяжесть, как путы развязала, и больше не стало преград. Вышла на свет комнаты. Сердце встрепенулось, на мгновение, не более.

Комната-кабинет, в чем-то похожая на кабинет Бахтияра, но разве что в незначительных деталях, свойственных скорее любому помещению подобного рода. Книги, полки, шкафы, стол, кресло...все это понятно. Свет! Вот, что было поразительным. И нет, не от светочей, которые, к слову, ни единого луча не давали. Несколько больших окон с противоположных сторон не освещали - наполняли комнату яркостью, блеском, радужными переливами от графина и бокалов на столе, свежестью и лёгким, ласковым ветерком. За окнами небо и облака. Ни веток, ни листьев, ни других деревьев.