Книга Отвергнутая целительница. Ошибка драконьего лорда, страница 82 – Ангелина Сантос

Обычной чистки мало.

Восстановления мало.

Переливания мало.

Все мало.

Нужен источник.

Драконье пламя нельзя просто создать снаружи. Его можно подпитать, направить, защитить. Но если внутренняя искра уходит, вернуть ее почти невозможно.

Почти.

Связь.

Мысль пришла сразу.

И вместе с ней — ледяной страх.

Истинная связь могла стать мостом. Не разорванная, не мертвая, не рваный шрам, через который проклятие дергало нас обоих. Настоящая. Добровольно открытая. Принятая.

Я могла восстановить ее.

Не как раньше.

Не потому, что судьба решила.

Не потому, что магия когда-то выбрала нас в лазарете дворца.

А потому, что я сама выберу.

Выберу его.

Снова.

После всего.

Руки похолодели.

— Госпожа? — тихо спросила Лина.

Я открыла глаза и поняла, что стою над Рейнаром слишком долго.

— Кровь, — сказала я. — Быстро.

Каэл вошел первым, бледный после забора крови, но на ногах.

— Что нужно?

— Выйти.

— Нет.

Я подняла взгляд.

Он тут же добавил:

— Госпожа Адель, простите, но нет. Если есть хоть что-то…

— Выйти всем, — сказала я. — Через минуту.

Лина побледнела.

— Вы будете делать большой ритуал?

— Да.

— Какой?

Я не ответила.

Она поняла.

Не все — но достаточно. Глаза стали огромными.

— Госпожа, нет. Это опасно.

— Он умирает.

— Но связь…

— Разорвана. Да. Поэтому будет больно.

— Не только больно! Если он не примет, если его дракон не удержится, если проклятие…

— Лина.

Она замолчала.

Я подошла к ней и взяла за плечи.

Маленькая, перепуганная, в саже, с глазами, полными слез и упрямства.

Моя ученица.

— Ты сделала все правильно. Теперь выйди и помоги Берте удержать остальных. Если круг вспыхнет черным — не входить. Если белым — не входить. Если я закричу — не входить. Если он закричит — тем более.

— А когда входить?

Я посмотрела на Рейнара.

— Когда позову.

— А если не позовете?

— Позову.

Она всхлипнула.

— Вы врете?

— Как целительница — нет. Как взрослая женщина — возможно.

Лина вдруг обняла меня.

Крепко.

Быстро.

Потом отскочила, будто испугалась собственной смелости, схватила поднос и выбежала.

Каэл остался.

— Я сказал всем выйти, — произнес он.

— Себя вы не считаете?

— Нет.

Я устало посмотрела на него.

— Капитан.

— Если вы собираетесь рисковать собой ради него, я обязан…

— Вы обязаны слушать лечащего целителя.

— А если вы погибнете?

— Тогда Рейнар, скорее всего, тоже. И вам будет уже не до спора.

Он побледнел.

Я смягчилась.

Ненамного.

— Каэл, мне нужна тишина. Не охрана. Не свидетели. Не геройство. Тишина.

Он сжал кулаки.

Потом медленно кивнул.

— Если он выживет, я скажу ему, что вы выгнали меня силой.

— Скажите правду. Что испугались Берты.

На его лице мелькнула слабая, убитая улыбка.

— Это тоже правда.

Он подошел к столу.

Посмотрел на Рейнара.

— Мой лорд, — сказал тихо. — При всем уважении, если вы умрете, госпожа Адель нас всех закопает.

Он развернулся и вышел.

Дверь закрылась.

Я осталась одна.

С Рейнаром.

С кровью.

Со смертью.

Я медленно обошла стол и заперла дверь на внутреннюю печать. Потом зажгла все кристаллы, высыпала вокруг операционного стола серебряный порошок, поверх — черную соль, потом лунный корень. Светлый круг поднялся от пола тонкой дрожащей стеной.

Ритуал восстановления истинной связи не записывали в учебниках для целителей.

О нем говорили шепотом.

Потому что это не лечение в привычном смысле.