Книга Отвергнутая целительница. Ошибка драконьего лорда, страница 45 – Ангелина Сантос

Наоборот.

Каждый ее острый ответ будто сдирал с него еще один слой старой лжи.

Рейнар закрыл глаза.

Три года назад он сказал себе, что Аделина будет несчастна при дворе. Что кланы сожрут ее. Что Совет использует ее против него. Что враги доберутся до нее через истинную связь. Что ее отвержение — жестокость, но необходимая.

Он не сказал себе другого.

Что испугался.

Не за нее только.

За себя.

Испугался того, что девочка-целительница одним прикосновением делала его живым. Не генералом, не лордом, не оружием клана, а мужчиной. Уязвимым. Ждущим. Способным хотеть не власти, а голоса в коридоре, запаха трав на тонких пальцах, тихого «не двигайтесь, я еще не закончила».

Он назвал это слабостью.

И раздавил.

Теперь эта слабость держала его жизнь в руках и выставляла счета с надбавкой за высокомерие.

Дверь открылась.

Адель вернулась с папкой, несколькими листами и маленькой стеклянной колбой, в которой плавала темная крупинка.

— У вас лицо человека, который опять решил встать и всех победить, — сказала она.

Рейнар открыл глаза.

— Нет.

— Подозрительно.

— Я думал.

— Осложнение после проклятия?

— Вероятно.

Она подошла к столу и разложила бумаги.

— Тогда используем, пока не прошло. Вот схема проклятия. Упрощенная, чтобы не перегружать ваш героический мозг.

— Я умею читать магические схемы.

— Боевые. Целительские — нет.

— Откуда вы знаете?

— Потому что боевые маги всегда смотрят на целительские схемы так, будто там вышивка, а не точная работа с жизненными каналами.

Рейнар посмотрел на лист.

Сложные линии, круги, пересечения, пометки мелким уверенным почерком. Его грудная рана была зарисована не как повреждение, а как целая карта осады: вход проклятия, точки закрепления, пути распространения, ложные узлы, место выхода через связь.

— Это вы сделали за утро?

— Пока вы спали.

— Вы отдыхали?

Она подняла взгляд.

— А вы теперь мой надзиратель?

— Нет.

— Тогда не начинайте.

Он замолчал.

Провал номер один.

Забота, высказанная как контроль, снова стала похожа на старую ошибку.

Нужно учиться быстрее.

— Вы правы, — сказал он. — Не мое дело.

Адель явно ожидала спора. Его уступка сбила ее на мгновение.

— Хорошо, — произнесла она осторожно. — Тогда смотрите сюда.

Она наклонилась над схемой.

Рейнар тоже посмотрел.

Старательно — на лист.

Не на тонкую линию ее шеи, не на выбившуюся прядь волос, не на то, как она прикусывала губу, когда сосредотачивалась. Эта привычка осталась. В лазарете дворца она делала так же, когда вытягивала из ран слишком сложные яды.

Сердце неприятно сжалось.

— Первый слой — удерживающий, — сказала Адель. — Он не позволял вашему пламени вытолкнуть проклятие. Второй — пожирающий, рассчитан на истощение. Третий — направляющий. Через кровь и связь.

Она указала на тонкую линию.

— Здесь оно искало меня.

Рейнар сжал челюсть.

— Не делайте такое лицо. Лист не виноват.

— Кто знал о связи?

— Половина двора видела отвержение.

— Но не все знали, что связь не умерла.

Адель выпрямилась.

— Она разорвана.

— Адель.

— Госпожа Вейра.

— Проклятие не смогло бы зацепиться за мертвую связь.

Она отвернулась к колбе.

— Теоретически да.

— Практически тоже.

— Вы хотите поговорить о связи или найти врага?

— И то, и другое связано.

— Для вас все удобно связано.

— Для убийцы тоже.

Это остановило ее.