Книга Ненужная запасная жена драконьего канцлера, страница 135 – Юлий Люцифер

Писец обреченно потянулся за пером.

Арден кивнул.

— Записать.

Только после этого Виверна отпустила лист.

Государь прочел. Лицо стало жестче.

— Здесь маршрут вывоза госпожи Лиордан после “очистки”. Через северный мост. К старой загородной лечебнице.

— Лечебнице? — спросила Лисса.

Агата ответила раньше:

— Закрытой. Там держали людей после неудачных обрядов. Формально — на восстановлении.

Драммонт тихо сказал:

— Удобное место. Мало посетителей.

Тавин вошел следом, вытирая кровь с костяшек пальцев платком, который был явно слишком дорогим для такой работы.

— Меланта говорит охотно. Особенно после того, как я сообщил, что платье придется разрезать для обыска.

Виверна почти улыбнулась.

— Я говорила.

— Да. Никогда не недооценивайте женщину, которая знает, где у родственницы любимая вышивка.

Эмрис Сольвейн, все еще находившийся в зале под фактическим надзором, резко встал.

— Где она?

Тавин посмотрел на него.

— В храмовой комнате. Живая. Раздраженная. Без платья.

— Вы не имели права...

Виверна повернулась к брату.

— Сядь.

Он застыл.

— Виверна.

— Сядь, Эмрис. Ты весь день говоришь так, будто еще можешь решать, что со мной делать. Сядь и попробуй хотя бы час не быть позором рода.

Он сел.

Не из покорности. Из шока.

Марта тихо сказала:

— Хорошая девочка.

Виверна услышала и, кажется, не знала, обидеться или поблагодарить.

Снизу толпа снова подняла шум.

Теперь громче.

— Башня!

— Там черный дым!

— Где государь?

— Где канцлер?

— Пусть носительница выйдет!

Лисса побледнела.

— Они хотят, чтобы ты вышла?

— Да.

— Нельзя.

— Знаю.

Но я не знала.

Не до конца.

Я подошла к окну. Не вплотную, чтобы снизу меня не увидели. Сбоку.

На площади перед дворцом было тесно. Городская стража держала проход к воротам, но не била людей. Хорошо. Пока хорошо. У переднего ряда стояла женщина в синем платке, держала на руках мальчика лет пяти. Мальчик плакал, уткнувшись ей в плечо. Рядом старик что-то кричал, размахивая шапкой. Не злой. Испуганный.

Я смотрела на них и думала: вот они, люди, ради которых моя мать осталась “еще на одну ночь”.

Не плохие.

Не виноватые.

Именно поэтому система так удобна. Она ставит между женщиной и ее свободой не злодея с ножом, а ребенка, который может погибнуть.

Эйран подошел, но остановился на расстоянии.

— Не смотри долго.

— Почему?

— Начнешь считать лица.

Поздно.

Я уже считала.

Женщина в синем платке. Мальчик. Старик с шапкой. Дракон-подросток у фонаря, у которого темнели пальцы. Рыжая девочка на плечах отца. Человек с перевязанной головой. Еще одна женщина, беременная, прижимающая руку к животу.

— Моя мать тоже считала? — спросила я.

Эйран ответил не сразу.

— Думаю, да.

— И осталась.

— Да.

— А потом они написали “возврат невозможен”.

Он закрыл глаза.

— Сэйра...

— Я не обвиняю вас сейчас.

— Лучше бы обвиняла. С этим проще.

Я повернулась к нему.

— Вам проще.

Он принял удар.

— Да.

Арден подошел к нам.

— Толпа должна получить ответ.

— От вас, — сказала я.

— Выйду я — они будут требовать вас. Выйдет канцлер — будут требовать его родовой силы. Выйдете вы — могут попытаться прорваться.

— Тогда никто не выходит?

— Тогда слух победит.

Вот и государь.

Всегда расчет.

Правильный, может быть. Но расчет.

Я посмотрела на Драммонта.

Он ждал.

Ему было все равно, что именно мы сделаем. Выйду — толпа увидит меня и потребует дара. Не выйду — страх вырастет. Эйран выйдет — башня потянет его. Государь выйдет — его вынудят обещать “любой ценой”.