Книга Александрин. Яд его сердца, страница 142 – Валерия Чернованова

Хотела подняться, но меня повело. Пришлось снова опускаться на жёсткую лежанку, именуемую здесь кроватью.

— Мэтр Легран, мне нужно к мужу.

— Александрин, вам нельзя к нему, — с тревогой вглядываясь в моё лицо, сказал мужчина. — Ни в коем случае.

Проклятый гул в голове мешал сосредоточиться на словах мага, понять их смысл. Я лишь упрямо повторила:

— Мне нужно к мужу. Моран в беде.

— Александрин, послушайте меня. — Руки мага легли мне на плечи, когда я снова попробовала приподняться. Хотя удерживать меня не было необходимости. Самостоятельно сейчас и до лестницы не дойду. Разве что ползком, да и то маловероятно. — Ваш муж вас использовал. Поедемте со мной, я осмотрю вас и всё вам объясню. Но к нему не отпущу. Тем более в таком состоянии, — голос мэтра был твёрд, как гранит. Вроде гранита науки, что ежедневно, стачивая себе зубы, грызли его ученики.

Похоже, месье Легран всё решил за меня, а я была не в состоянии с ним спорить. И осмыслить его слова. Не сейчас. Адреналин схлынул, и теперь глаза предательски слипались. Ещё немного, и окончательно утрачу связь с реальностью.

Но если отключусь, а Моран пострадает, никогда себе не прощу.

— Герцогиня д'Альбре хочет его отравить.

Сбивчиво, заплетающимся языком, едва не теряя сознание от слабости, я с горем пополам рассказала магу о коварном плане её чокнутой светлости.

— Я пошлю кого-нибудь, чтобы предупредили маркиза. Но вы к нему не поедете, — категорично заявил старец. Лицо его, изборождённое морщинами, которые сейчас, когда он хмурился, стали ещё заметнее и глубже, вдруг подёрнулось сероватой дымкой. Словно настырная мошкара, она замельтешила перед глазами. Голос мэтра теперь звучал глухо, будто почтенный старец вдруг решил забраться в дубовую бочку и продолжал говорить со мной оттуда. — А если что-то и случится, так поделом ему. Страж заслужил наказание!

Хотела возмутиться жестокосердием мага, возразить и настоять на том, чтобы сию же минуту отвёз меня домой, но язык не слушался. Ни тело, ни разум, словно ополчившись против своей хозяйки, не желали повиноваться.

Очень скоро окружающий мир поглотила тьма.

Опаль даже пикнуть не успела, как Страж втащил её в спальню. До боли сжимая хрупкое запястье, подвёл к зеркалу, отражение в котором, подвластное его магии, подёрнулось рябью.

Сердце герцогини стучало как сумасшедшее.

«Догадался!» — исступлённо вопило в сознании.

Ну, конечно! Он обо всём догадался и теперь так просто её не отпустит. Отомстит за всё. А если узнает, что стало с Александрин…

Опаль задрожала.

— Моран, пожалуйста, — взмолилась жалобно, не желая следовать за чародеем в зазеркалье. Неизвестно, куда он её забросит и как именно решит наказать.

Но Страж продолжал делать вид, что её не слышит.

— Моран, пожалуйста, не надо, — когда короткое путешествие через зеркала осталось позади, пересохшими от страха губами прошептала девушка. Испуганно озираясь по сторонам, вспомнила, что уже бывала в этой лачуге раньше.

Вот знакомый колченогий стол с догорающим на нём огарком, и сгорбившаяся старуха в тёмной мешковатой одежде сидит возле очага. В тяжёлом полумраке, окутавшем хижину, опасно сверкнули глаза Берзэ, обернувшейся к Стражу и его добыче.

— Ну наконец-то, — рот ведьмы раскрылся в некоем подобии улыбки.