Книга Александрин. Яд его сердца, страница 114 – Валерия Чернованова

— Весьма сожалению, что пропустил прогулку, сир, — поклонился их величествам маркиз.

— Наверное, всему виной это прелестное создание, — подала голос её величество — высокая, статная дама, которой монарх едва доставал до плеча, и вместе они составляли довольно забавную пару. Единственным украшением строгого наряда королевы была светлая шемизетка, усыпанная бриллиантами, да эгрет с пёрышком в высокой причёске. — Обычно его светлость пунктуален. Выпрямьтесь-ка, маркиза. Вашу грацию мы уже оценили…

— И декольте тоже, — поддакнул какой-то разряженный хлыщ. Придворные разразились дружным смехом.

Заметила, как на скулах Морана обозначились желваки, но ответить шутнику маг не успел. Её величество строго посмотрела на придворного и велела тому умолкнуть. Королева Алайетт славилась весьма строгим нравом и, кажется, ей были не по душе фривольные шуточки.

Смех тут же оборвался.

— Пойдёмте, милая, оставим этих мужланов и продолжим прогулку без их общества, которое порой меня так тяготит, — уколола монархиня балагура, резко перехотевшего веселиться, и словом, и взглядом. Взяв меня под руку, словно мы были давними подругами, обратилась к мрачному Стражу: — С вашей стороны, маркиз, непростительно прятать от нас такую красоту. Этому прекрасному цветку не место в тени своего мужа, она должна блистать при дворе. Я люблю, когда меня окружают красивые лица, и уже давно подыскиваю себе новую фрейлину. Что скажете, маркиза?

Я растерялась, не зная, что ответить на столь неожиданное предложение. Впрочем, ответом тут же озаботился мой собственник-муж:

— Ваше величество, Александрин ещё не успела привыкнуть к столичной жизни, тем более к суете двора. Дайте ей немного времени.

— Ей или вам? — насмешливо уточнила королева. — Ревность не к лицу мужчине. Не стоит прятать от нас такое сокровище.

Посчитав разговор оконченным, правительница направилась к фонтану, отливавшему перламутром в лучах полуденного солнца.

А за нею, словно монарший шлейф, последовали остальные дамы. Но пусть уж лучше за королевой, чем будут виться вокруг де Шалона.

— Какой у вас необычный цвет глаз, сударыня, — подала голос одна из фрейлин, над верхней губой которой темнела кокетливая мушка. — Не то голубой, не то зелёный. Прямо как у кошки.

Так и не поняла, что это было: комплимент или насмешка.

— Ах, помню, какие красивые глаза были у Серен, — совсем некстати решила поностальгировать другая прелестница — обладательница светлых локонов, собранных в замысловатую причёску и украшенных множеством нелепых, на мой взгляд, бантиков из серебристого кружева. — Таких, как у покойной маркизы де Шалон, я ни у кого больше не видела.

— Верное замечание. Никому не удастся заменить нашу Серен, — подключилась третья. — Ни в наших сердцах, ни… в сердце маркиза.

В тот момент нестерпимо закололо подушечки пальцев. Верный признак того, что я уже на грани, и сейчас кому-нибудь что-нибудь подпалю. Бантики, например. Вместе с волосами.

— Полноте, Жанна. — Покрепче сжав мой локоть своим, словно опасалась, что я не выдержу и сбегу, королева намеренно громко сказала: — Не обращайте внимания на этих болтушек, Александрин. Они просто злятся, что маркизой де Шалон стали вы, а не одна из них. После того, как его светлость вернулся из Гавойи женатым мужчиной, для них закончились благодатные дни. Наш храбрый Страж в упор не замечает моих фрейлин, — оглянулась на свой эскорт, словно осматривала свору породистых болонок, которых любила коллекционировать, и, кажется, несколькими минутами ранее мне предложили пополнить эту коллекцию. — Что делает ему честь. Уж поверьте, эти искусительницы способны вскружить голову самому святому из святых.