Книга Александрин. Яд его сердца, страница 113 – Валерия Чернованова

Доселе мне не доводилось бывать в королевском дворце, и сейчас, признаюсь, я очень нервничала. Комкала в руках платок, потому как ладони уже порядком вспотели от волнения.

А если кто из придворных захочет мне ручку поцеловать? Вот неловко-то будет.

Прошелестев колёсами по насыпной дороге, карета остановилась. Распахнулась дверца, и Кантен, этот бессовестный предатель, настучавший на меня маркизу, кинулся помочь мне выйти из экипажа. Руку юноши я демонстративно проигнорировала, выбралась сама, а следом за мной со ступеньки скользнул и шлейф василькового с серебряными аппликациями платья.

— И чем же этот бедолага заслужил вашу немилость, маркиза? — Моран увлёк меня на одну из аллей, лучами разбегавшихся от парадного входа.

— Тем, что докладывает вам о каждом моём шаге. А скоро и вы её заслужите, если не прекратите за мной надзирать.

— Оберегать, радость моя. Только оберегать. Знаете ведь, как я за вас переживаю, — елейным голосом поправил меня супруг и поспешил навстречу пёстрой торжественной процессии, возглавляемой степенно вышагивавшими королём и королевой.

Их величества выгуливали своих придворных.

В первый и последний раз я видела монархов на церемонии инициации восемь лет назад. Вернее, как видела — просто скользнула по алькову, в котором расположились коронованные особы, рассеянным взглядом. Всё, о чём могла тогда думать, — это достойно пройти обряд. Из-за волнения лица собравшихся казались смазанными, словно нас разделяла толща льда. Голоса напоминали неясный гул, что-то вроде звучащего вдали грома.

Никого я тогда не видела, кроме… Серен.

Меня точно плетью хлестануло. Воспоминание обожгло, оставив отпечаток в сознании. Вдруг вспомнилось прекрасное лицо кузины, искажённое усмешкой. То ли злой, то ли высокомерной. Понять не успела, как раз в тот момент прозвучало моё имя, и я направилась навстречу своей судьбе.

Чтобы вскоре узнать, что родилась пустышкой.

— Ваша светлость, опаздываете, — развеял мысли громкий голос Люстона XIV, нашего правителя. Это был мужчина средних лет — невысокий, щуплый, в костюме из золотой парчи и пышном парике, ниспадавшем на монаршие плечи тёмными волнами, отчего голова его величества казалась непомерно большой по сравнению с туловищем. — Я надеялся, вы примите участие в утреннем моционе. Нашим дамам без вас было скучно. Не правда ли, дамы? — обратился монарх к своему «зверинцу», и женская его половина отозвалась звонким смехом и возгласами согласия.

Ах, вот, значит, какая она, эта служба. Развлекать болтовнёй местных бездельниц. Уж не на этих ли демонов в юбках мессир маркиз охотится?

Может, потому вечерами и домой не рвётся…

Дыхание перехватило от ревности, змеёй овившейся вокруг горла.

Его величество шёл, беззаботно постукивая изящной тросточкой, такой же тёмной, как и его густые локоны. Рука, унизанная перстнями, сжимала вычурный набалдашник.

Что тот из себя представлял — толком рассмотреть не успела, настало время опускаться в реверансе. Скромно потупив взгляд, ждала, когда мне дозволят подняться. Что же до взглядов другой половины придворных, той, что не считала секунды до появления де Шалона, не сомневаюсь, на чём они сейчас были сфокусированы. Я чувствовала их каждой клеточкой своего тела.

Не самые приятные ощущения.