Книга Требуется невеста, или Охота на Светлую 2, страница 23 – Валерия Чернованова

— Я не знаю, во сколько закончу с сонориной Монтеро, — пытаюсь отказаться от этой чести. — Не беспокойтесь за нас, сонор Хорос, мы найдём, где перекусить.

— Поищем вместе, — не желает сдаваться деспот.

Я открываю рот, собираясь ему ответить, честно и резко, и тут же его захлопываю. На полдороге к аэрокарам нас подрезают журналисты. Целая стая… по-другому не скажешь. Окружают в считанные секунды, профессионально отрезая доступ к машинам, и начинают атаковать, забрасывая вопросами. Все вместе и сразу, громко, быстро, как будто куда-то торопятся.

Не знаю, как Тёмный, а я теряюсь. Тушуюсь от такого напора и вздрагиваю, когда слышу вопрос, заглушающий все остальные:

— Сонор Хорос, прокомментируйте, как вы относитесь к бракам между феями и высшими?

Журналисты замирают, и мне даже кажется, словно весь мир вокруг нас останавливается. Над высотными зданиями не мельтешат аэрокары, по воздуху не плывут сумки и чемоданы, сопровождая своих хозяев. Стихают все звуки, а у меня в груди перестаёт стучать сердце. Мне очень хочется услышать, что же ответит высший. И если это будет что-то вроде:

— Без комментариев, — я всё-таки исполню свою давнюю мечту и натяну ему на голову грязный подгузник. К вечеру Лита как раз снабдит меня новым. Так сказать, свежим «оружием» против высокомерных Тёмных.

Одного конкретного высокомерного Тёмного.

— Я могу сказать, — начинает Хорос, и сердце в груди принимается стучать как заполошное, — что время не стоит на месте. Всё меняется. И эти перемены не могут не коснуться и наших традиций.

— То есть вы положительно относитесь к возможности таких браков?

— Я отношусь положительно к бракам по любви. А сердцу, — Хорос переводит на меня взгляд, — не всегда получается приказать.

Репортёров снова прорывает. Они обрушивают на нас очередной шквал вопросов, пока я судорожно ищу в сумке солнцезащитные очки, хоть и понимаю, что никакая маскировка мне уже не поможет. Даже если я стану ходить по улицам в космическом скафандре, меня теперь где угодно узнают, и изменить это уже не в моей власти.

— По любви, как у вас с сонориной Сольт?

Тёмный не успевает ответить, потому что следом за этим прилетает другой, ещё более каверзный вопрос:

— Сонорина Лэй, а вы любите сонора Хороса?

Я замираю с раскрытой сумкой и вскидываю взгляд на журналиста в короткой кожаной куртке с тщательно прилизанной, будто каменной, шевелюрой. И теперь уже мне хочется рявкнуть: «Без комментариев!» или уточнить: «А о каком Хоросе вы спрашиваете?».

На этой мысли приходит осознание, что грязный подгузник мне тоже не помешает. Как наказание за «о каком Хоросе» и за ответ, который без лишних раздумий подсовывает мне глупый внутренний голос.

— Я…

— Прошу нас извинить, но мы немного торопимся. — Тёмный награждает журналистов лёгкой улыбкой и в целом выглядит расслабленным и спокойным, в то время как меня уже всю колотит. — На все ваши вопросы я отвечу сегодня в четыре на пресс-конференции, а сонорине Лэй нужно работать.

После этих слов секьюрити оживают и начинают подвигать папарацци, освобождая нам дорогу к аэрокарам. Но охотники за сенсациями так просто сдаваться не собираются, назойливым шлейфом тянутся за нами:

— Сонорина Лэй, ваш прилёт в Широн связан с организацией свадьбы?

— Почему вы прилетели сюда вдвоём?