Книга Похищая жизни, страница 119 – Валерия Чернованова

Однако я рано радовалась. Превращаться в глупого карася тот не спешил. По дороге в Бюро говорил только по делу и смотрел на меня как на бесполое существо: холодно и равнодушно. Неужели просчиталась? Тут же отогнала малодушные мысли о поражении, дав зарок усилить штурм и ни за что не сдаваться.

И без того всегда шумная столица сегодня походила на растревоженный улей. Мальчишки-газетчики, потрясая в воздухе свежей прессой, разносили по городу тревожную весть. В Миствиле объявился маньяк, похищающий жизни. Сенсационная новость — люди превращаются в прах! Неуловимый преступник среди нас! Кто следующая жертва?! И все в том же духе.

— Ясно, к чему стоит готовиться. Раз уж о Бразе узнали газеты, Блейк нас сейчас четвертует, — мрачными штрихами нарисовал Уистлер наше появление в Бюро.

Как в воду глядел. Увидев нас, скромно переминающихся на пороге, старик пошел пятнами. Привстал, упершись ладонями в стол, открыл рот и понеслась душа в рай… Думала, от его криков обвалится потолок и в дребезги разлетятся стекла.

Попытка заикнуться про Абигейл и письмо, хранящееся в загородном поместье Уистлеров, вызвала очередной всплеск эмоций. Прокричав под конец, что ему нужны результаты, а без оных мы можем смело проваливать в прошлое и никогда оттуда не возвращаться, тем более с пустыми руками и головами, указал на дверь. Долго ему уговаривать не пришлось. За одну минуту нас будто корова языком слизала.

Перекусили в небольшом ресторанчике возле Бюро и поехали за город. Домой Девин не стал возвращаться, предпочтя раскошелиться на наемный экипаж, нежели доказывать сыновнюю преданность «дорогой» маменьке.

Поместье Уистлеров было небольшим, но очень уютным. Этакий пряничный домик. Слуга по имени Ларсон и его супруга, суетливая женщина в сером платье и накрахмаленном чепчике с белыми кружевами, искренне обрадовались приезду хозяина. По приказу его сиятельства домоправитель отправился подготовить вещи покойной графини для тщательного осмотра, кухарка метнулась было оформить обед, но Девин, брюзга(!), зарубил на корню инициативу, сказав, что надолго мы здесь не задержимся. Служанка расстроено всплеснула руками и посетовала, что молодой лорд в последнее время стал редко заглядывать в родительский дом, хотя в былые времена любил подолгу гостить здесь с друзьями.

Мне стало жаль добрую женщину. Было видно, что она очень привязана к этому сухарю, наверное, не жалея сил, помогла выпестовать дитятко и по-прежнему боготворила его, чуть ли не как родного ребенка.

Мы расположились в гостиной, пронизанной лучами осеннего солнца. Девин зачитал письмо. Потом передал его мне, и я несколько раз пробежалась по тексту глазами.

— Ну вот видишь, — отложила необычное послание, — наша догадка подтверждается. Она боялась Коула, то бишь Арлена, которому была известна какая-то ее тайна. Не трудно предположить, какая именно. Возможно, как уже говорила, Абигейл по собственной глупости нарушила обет молчания, а когда поняла, что натворила, было поздно. Пришлось инсценировать свое убийство и подставить молодого альфонса. Я бы на ее месте, наверное, тоже так поступила, если бы за мной увивался этот змей подколодный.

— Ты ведь утверждала, что со стороны баронессы было глупостью вселяться в тело «такой же старой кошелки, как и она сама», — процитировал Уистлер мои собственные слова.