Книга Казус Стейси Спаркс, страница 29 – Виола Редж

Что же касается нового опекуна… Это стало неожиданностью.

— И кто же опекает… эммм… Баронство?

— Некто Книтбрук, больше ничего не знаю.

Я вскинула голову и прочитала на лице ищейки полную безмятежность. То ли действительно ничего не знал, то ли хорошо притворялся. Но это не мешало мне удивляться системе опекунства в Шен-Дьюлмарке. Или дело всё же именно в древности рода эф Гворгов?

Как по мне, так катилось бы всё это баронство к Котьке Пертцу, я бы и пальцем не пошевелила. Но история Тиффани почему–то зацепила. Я не считала себя обязанной империи, в которой меня осудили ни за что и едва не убили,или роду, о котором ещё три дня назад слыхом не слыхивала , но найти тётушку стало для меня необходимостью. После разговора с герром Софелем я уже и думать ни о чем другом не могла.

Про ужин я даже не вспомнила, хотя наверняка мы проходили мимо каких-нибудь «харчевен». Но ищейка тоже спокойно шёл рядом – прямо в гастхаус. И, как оказалось, не зря. Во-первых, меня ждала фрау Шмидт.

— Ну, фроляйн Стаси, сегодня уж не отвертитесь, я ведь обещала кормить вас как следует, - встретила хозяйка гастхауса. - Ужин готов.

Оказывается, ужинать можно было как в той небольшой обеденной зале с окном на кухню, так и в отдельной столовой, где блюда стояли на особых камнях с подогревом, не дававших еде остыть . И нужнo было брать тарелку, подходить к специальным узким столам, где и находились камни и блюда, поднимать сверкающие хромированные колпаки и накладывать себе самостоятельно. Это было очень удобно, и прежде я ничего похожего нигде не встречала.

Фрау Шмидт нахваливала шеницель, специфичную отбивную размером с мою тарелку, и я не стала отказываться. Ищейка взял три таких же, и тушёной молодой капусты, и большую белую булку,и уже вернулся за холодным ягодным взваром, а я только успела попробовать кусочек мяса (действительно, отбивная просто таяла во рту), когда хозяйка устроилась рядом и сообщила, что у неё есть новость .

Но тут новость объявилась сама. То есть сам. В столовую зашёл опасный герр Шульц.

Правый глаз у него был подбит, но синяк уже отцветал. И с правой рукой он обращался с осторожнoстью. То ли не пошёл к целителю,то ли травмы сразу не лечились, нужно было несколько визитов. Сразу видно, как хорошо встретили чужака в Хольштаде.

Фрау Шмидт встала со вздохом и словами «принесу лёд».

— Не беспокойтесь, дежурный целитель подлатал всё жизненно важное, - улыбнулся ей агент советника. – А что у нас на ужин?

Даже я вскочила, чтобы предложить свою помощь – сейчас Шульц не казался таким опасным, как в начале знакомства. А ищейка вообще смотрел на него с неприкрытой завистью. Наверное, представлял, как бы сам повеcелился в мерзком городишке.

— Вас, фроляйн, нам Светлые Небеса послали, - с чувством сообщил Шульц, когда устроился напротив нас с ищейкой с полными тарелками. - Χольштад, ну кто бы мог подумать!

— Ешьте, герр Петер, - напомнила ему фрау Шмидт. - Вашего рассказа мы, поверьте, дождёмся.

Герр Петер наравне с Хантхоффером умял три шеницеля, тарелку капусты, булочку с маслом и нежным джемом из каких-то ягод, а после всего этого фрау Шмидт принесла ему откуда-то кувшин светлого шенийского. Тьфу, весь аппетит испортила. Хорошо, что я к тому моменту уже допивала свой ягодный взвар.