Книга Танцующая для дракона. Небо на двоих, страница 237 – Марина Эльденберт

— Для тебя у меня всегда найдется время. Ты же об этом знаешь, Танни?

— Знаю, – серьезно ответила я.

— Сю, – сказал Ленард. – Сю. Сю… Сю.

Мы с Гроу посмотрели на него одновременно, и Ленард поднял руки вверх, сползая под стол и продолжая давиться смехом.

Если еще пару часов назад у меня были сомнения, то сейчас, глядя на это все, я понимала: да, мы семья. Окончательно и бесповоротно.

— Ненавижу критиков! – сказала я. С чувством. – Ненавижу!

Гроу философски пил кофе.

— Я их ненавижу, ты в курсе?

— Да, ты уже минут пятнадцать об этом говоришь. – Он подвинул ко мне тарелочку с тарталетками. – Поешь, иглорыцка.

— Ры, – сказала я и засунула в рот тарталетку.

Целиком.

Это позволило мне целых пять минут сосредоточенно жевать и не говорить про критиков, но не думать о них я не могла. Премьерный показ состоялся несколько дней назад, и это, наверное, был один из самых счастливых дней в моей жизни. Даже несмотря на то, что наши с Гроу фотки не сходили со всех сайтов, со всех публичных страниц: на них я была в красном платье от Ферначьери, которое шили на заказ под эпоху Ильеррской. Правда, свободная легкая ткань все равно подчеркивала огромный живот, но дракон меня покусай, в кои-то веки у меня была грудь! Да еще какая! Нет, я бы не сказала, что сильно по этому поводу комплексовала, но… Но у меня была грудь!

И рядом с Гроу я смотрелась просто шикарно, вот не знай я, что это – Танни Ладэ, хотя теперь вообще-то уже Танни Гранхарсен, ни за что бы не сказала. Гроу тоже выглядел отпадно, и своему стилю он совершенно точно не изменял. Разве что рубашку от Эста Санден не оставил навыпуск, а заправил в брюки и надел пиджак. И то ненадолго.

— Чувствую себя как дрангхатри в сбруе, – пояснил он, а потом пиджак мы где-то забыли. Честно, уже не помню где: я так волновалась, что мало что запомнила. К счастью, рядом был Гроу, который в основном со всеми общался, а то я бы точно что-нибудь подпалила, несмотря на долгие месяцы практики. Когда же с огромного экрана на меня хлынули кадры Ильеррской, окончательно забыла обо всем.

На почти три часа я забыла о том, что я – это я. О том, что я вообще нахожусь в просторном кинозале, куда стеклись все сливки шоу-бизнеса со всего мира и куча кинокритиков. Я просто смотрела и понимала, что мне дико невыносимо нравится то, что все мы сделали. Наша команда.

Даже Ленард воздержался от своих комментариев, а сидевшая справа от Гроу Джамира просто плакала. Я видела, что она улыбается. И плачет. Такое бывает, когда переполняющее тебя счастье становится невыносимым. Я видела их всех, всех наших ребят, кто приехал или пришел на премьеру. Тех, с кем мы создавали то, что сейчас казалось реальностью. Нила и Ширил (ну да чешуя с ней, с Ширил), спецэффекты от «Хайлайн» были на высшем уровне. Особенно я гордилась тем, что драконы в пустоши, в Саолондарском ущелье и все обороты (Теарин, Даармархского, Янгеррда) были моих рук делом.

Я смотрела и думала о том, что прошло чуть меньше года, а мне кажется, целая жизнь. Целая жизнь, сосредоточенная на архивах Ильеррской, целая жизнь на съемочной площадке бок о бок с самыми чудесными людьми, с которыми мне приходилось работать.

Мой взгляд споткнулся всего два раза: первый – о Паршеррда, но с ним нам предстояла фотосессия, и не споткнуться было нельзя. Второй – о Хеллирию, то есть о Сибриллию, которая, как всегда, была безупречна. Удивительно, но Гроу сразу заметил, что я скисла, и утащил меня в дальние коридоры раньше, чем фотографы успели это поймать.