Книга Бунтарка и Хозяин Стужи, страница 117 – Валерия Чернованова, Марина Эльденберт

— Такое ощущение, что он вас узнал, – задумчиво пробормотал Бьяртмар, глядя вслед ускакавшему Снежному.

— Готова поклясться, что никогда раньше его не видела.

— Хьярт говорил, что вы с норрой Оллиной были похожи. – Снежный нахмурился и, вскинув голову, оглядел взлетающие к мглистому небу башни.

— Мы ведь не уйдем, пока все здесь не осмотрим? – спросила с надеждой.

— Хьяртан точно не уйдет, – заверил Снежный.

И действительно, его величество неожиданно превратился в крайне любознательного сюзерена. Хьяртана интересовало все! Каждая комната, каждый закуток. Мы поднялись в башни, спустились в подземелье, хотя было видно, что Родуэлл не получает ни малейшего удовольствия от этой экскурсии. Заглянули в погреб и в крыло прислуги, посетили конюшни, псарню. Один из солдат сунул нос даже в голубятню.

С каждой минутой осмотр замка все больше походил на обыск, хоть Хьяртан и продолжал делать вид, что просто интересуется жизнью своих подданных. Перед каждой новой дверью, которую нам предстояло открыть, во мне вспыхивала надежда, что вот сейчас, еще пара мгновений, и я снова ее увижу… Но при виде очередного пустынного помещения внутри будто что-то надрывалось.

Ломалось и рвалось.

Мне так сильно хотелось увидеть маму, поверить, что она чудесным образом осталась жива, что в какой-то момент начало казаться, будто я чувствую согревающее тепло солнечной магии, хотя в замке было промозгло, темно и пустынно, словно дневное светило не желало в него проникать.

В этом месте было так же одиноко, как сейчас в моем сердце.

— Где она?

От неожиданного вопроса его величества застыли все, и я в том числе.

— О… она? – растерянно переспросил Родуэлл, после чего попытался выдавить улыбку. – И правда, что это я! Совсем ничего не рассказал вам о жене! Карола с детьми отправилась в деревню, но к обеду они обязательно вернутся. Супруга будет счастлива быть представленной вашему величеству и…

— Где солнечная чародейка? – резко перебил его Хьяртан. Настолько резко, таким ледяным тоном, что даже у меня внутри все похолодело. – Женщина, которую твой отец похитил из Борга десять лет назад. Где. Она?

Голос Снежного стих, и в холле, куда мы вернулись, обойдя прилегающие к замку строения, воцарилась тишина. Несколько секунд, минута… Родуэлл молчал, глядя правителю в глаза, пока наконец не выдавил:

— Я не понимаю, о чем вы, ваше величество. Я…

И тут меня накрыло. Едва ощутимое тепло, которое я не то чувствовала, не то просто себе напридумывала, вдруг накатило жаркой волной, словно в меня плеснули кипятком. Я сорвалась с места, толком не понимая, что делаю, и бросилась к лестнице.

— Ливия!

Хьяртан не успел меня остановить. Никто не успел. Никогда я еще так не бегала. По ступеням взлетела как порыв ветра и еще быстрее понеслась по галерее. Двери, двери, двери… Мы здесь уже были, мы все это обходили, но…

— Ливия! – позади звучал встревоженный голос Снежного.

Добежав до конца коридора, я уперлась в стену, украшенную портретом. С него на меня с жестким прищуром смотрел эрцгерцог в окружении сыновей. От его изображения веяло холодом и тьмой, в то время как из-за стены, как бы безумно это ни звучало, до меня доносилось тепло.

— Что на тебя нашло?! – Хьяртан нагнал меня первым.

— Там… – Я бросилась к стене, заскользила ладонями по щербатой кладке. – Там что-то есть!