Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 25 – Майкл Скофилд

Печать на моем запястье держалась недолго.

Сначала она проступила темной неровной линией, будто под кожей кто-то провел тонкой обугленной нитью. Потом стала резче. На миг я увидела не просто след, а знак: круг, разорванный у основания, и три коротких штриха, уходящие к венам.

Не украшение.

Не брачный узор.

Метка.

Каэл смотрел на нее, не моргая. Жар делал его взгляд мутным, но ужас был настоящим. Не придворным. Не удобным. Мужчина, который когда-то без дрожи входил в драконью смену среди боя, сейчас побледнел от тонкой полосы на моей коже.

— Лиара, — прохрипел он. — Кто это сделал?

Я убрала руку с его груди.

Печать сразу начала бледнеть.

— Вы спрашиваете меня?

Он попытался подняться. На ключицах проступили темные трещины, дыхание сорвалось, и я положила ладонь ему на плечо — уже не как женщина, а как целительница, удерживающая пациента от глупости.

— Не двигайтесь.

— Покажи руку.

— Нет.

— Лиара...

— Я сказала нет.

Каэл замер.

Не потому, что не мог настоять. Мог. Даже больной, даже ослабший, он оставался Каэлом Рейвардом, наследником Дома Черного Пламени. В его крови было столько власти, что многие отступали уже от одного взгляда.

Но я больше не была многими.

И больше не была его женой.

Я отвернулась к пожилой целительнице.

— Вода где?

Она стояла у стола, прижимая к груди пустую миску, и смотрела на нас с таким лицом, будто оказалась свидетелем разговора, за который потом могут наказать.

— Сейчас принесут, госпожа.

— Ваше имя?

— Нерис.

— Нерис, мне нужны чистые полотна. Не те, что лежат у постели. Они пахнут дымной солью и медью. Все, что касалось прежних мазей, убрать. Окно открыть на ладонь. В комнате слишком душно.

Она кивнула и бросилась выполнять.

Я снова посмотрела на Каэла. Он не сводил глаз с моего рукава.

— Сколько приступов за последние семь дней?

Он медленно перевел взгляд на мое лицо.

— Три.

Нерис, проходившая к окну, застыла.

Я заметила.

— Пять? — спросила я.

Она побледнела.

Каэл повернул голову к ней, и в этом движении вдруг снова появился прежний лорд. Не здоровый, но опасный.

— Нерис.

Женщина опустила глаза.

— Пять, милорд. Если считать ночной... малый.

— Малый? — я подошла к столу, взяла лекарский журнал и пролистала последние страницы. — Приступ с потерей сознания и почернением крови из носа вы называете малым?

Нерис сжала губы.

— Так велел записывать маг Сорн.

Я закрыла журнал.

Не хлопнула. Просто закрыла.

Иногда тихий звук страшнее.

— С этого момента никто не переписывает симптомы красивее, чем они есть. У лорда не «нестабильное пламя», а внутреннее горение крови. Не «малые приступы», а потеря контроля над драконьей сущностью. Не «утомление», а истощение после проклятого отката. Кто будет украшать болезнь словами, тот будет лечить ее сам. Понятно?

Нерис кивнула слишком быстро.

Каэл молчал.

Я чувствовала его взгляд, но не давала себе времени на него ответить. Пока я смотрела на ожог, на трещины под кожей, на цвет губ и неровную дрожь пальцев, мне было проще. Тело больного понятнее, чем сердце бывшего мужа.

Тело хотя бы не лжет из гордости.

Я промыла ожог обычной водой, не серебряной, и Каэл едва заметно выдохнул. Серебряная вода охлаждала человеческую кожу, но драконью сушила, особенно при внутреннем огне. Кто бы ни назначил ее в таких количествах, он либо плохо знал драконью физиологию, либо знал слишком хорошо.