Книга Искра прошлого. Том 1, Наследница пламени. Том 2, страница 139 – Людмила Закалюжная

У одного из складов, с вывеской «Фролов и К», длинноносый остановился. Дверь мгновенно приоткрылась, словно гостя уже ждали, и так же быстро захлопнулась за его спиной.

Слуга затаился за углом соседнего склада, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Склады Фролова. Все сходилось. Купец первой гильдии, бывший компаньон Арсения Петровича, оказался связан с этими темными личностями. Значит, финансовое давление на мастерскую, козни с поставками, шпионаж за Алисой Арсеньевной — все это нити одной паутины, и Фролов был одним из пауков в ней. Сделал вывод Михаил.

Он простоял в засаде еще добрый час, пока промозглый холод не начал пробирать до костей, но дверь больше не открывалась. Длинноносый продолжал оставаться внутри. Михаил понимал, что проникнуть на охраняемый склад, да еще, возможно, защищенный артефактами, он не может. Главное — он узнал имя врага: Фролов.

Тихо, крадучись тенью, Михаил покинул территорию складов. Нужно было срочно предупредить барышню. Но как рассказать обо всем, чтобы она, и без того несущая тяжелую ношу, не взвалила на себя еще и лишнюю тревогу? Хотя он заметил, что Алиса Арсеньевна… изменилась. Стала более серьезной, что ли. Возможно, выдержит. И как быть с Парашей? Девушка явно была запугана и работала на этих негодяев под принуждением. Ее тоже нужно было вытащить из беды, но сначала — обеспечить безопасность хозяйки.

Михаил шел обратно быстрым шагом, и тяжелое, нехорошее предчувствие сжимало грудь тугим обручем. Гроза, которую он давно чувствовал, уже не просто сгущалась на горизонте. Она была здесь, на этих самых улицах, и первая молния могла ударить в дом Горских в любой момент.

* * *

Параша металась по своей каморке, как затравленный зверек. Скомканная записка, переданная утром молочником, жгла ее ладонь, словно раскаленный уголь. Она развернула ее дрожащими пальцами, вглядываясь в корявые, наспех нацарапанные строчки: «Внимательно посмотри на рисунок. Такой кулон?». А ниже — рисунок карандашом: каплевидный камень, а внутри… песок.

Слезы жалости к себе и ярости от бессилия подступили к горлу. Она рассказала «молочнику» про кулон, предала Алису Арсеньевну. А он продолжал ее мучить, требуя все больше. И где гарантия, что Ванюша жив? Что они его нубили в первую же неделю?

Параша чувствовала, как истерика накрывает ее с головой. Хотелось кричать, выть, потому что держать все в себе уже не было мочи. Внезапно в памяти всплыло твердое, спокойное лицо Юрки. Его слова: «Мы его найдем. Обязательно». И тот короткий, неумелый поцелуй, от которого земля ушла из-под ног.

«Нет, — с отчаянием думала Параша, беспорядочно складывая чепцы в саквояж. — Не могу. Не поеду». В ушах все еще звенели слова Алисы Арсеньевны, сказанные утром перед ее поездкой в мастерскую: «Собери вещи, завтра выезжаем». Как она уедет? Что будет с Ванюшкой?

Но как отказать барышне? Под каким предлогом? Заболеть? Притвориться? Сердце колотилось, как птица в западне.

Она схватила записку, чтобы разорвать ее, но остановилась. Стук в дверь каморки заставил ее вздрогнуть. Негромкий, но настойчивый.

— Параша? Собираешься? — голос Михаила.

Девушка замерла на мгновение, а затем судорожно сунула записку в карман саквояжа и, глубоко вздохнув, открыла дверь.

Михаил стоял на пороге. Его пристальный взгляд скользнул по ее бледному лицу, по неубранной постели, по беспорядочно разбросанным вещам. В узком проеме он казался еще более массивным и несокрушимым, как скала. Параша даже отступить не успела, как Михаил без предисловий сказал: