Книга Истинный на 21 день, страница 34 – Кира Эро

Дверь открылась, и Шелтис поднял голову, напрягся, готовый к очередному раунду этой игры, в которой правила менялись каждый день, каждый час, каждую минуту.

Доминара влетела первой — серый комок энергии, крылья распахнуты, хвост вытянут, и она бросилась к нему, не обращая внимания на решетку, протиснулась между прутьями. Ткнулась носом в его колено, замурлыкал так громко, что звук разнесся по всем покоям, и Шелтис не удержался, провел ладонью по серой спине, почувствовал тепло, мягкость шерсти.

За Доми вошла стража — человек десять, с мечами, в полном боевом облачении, словно он был не пленником, а армией, готовой вырваться на свободу в любой момент.

Стража боялась его, и этот страх был сладким, почти опьяняющим, напоминающим о том, что он все еще Первый клинок, все еще опасен.

А за стражей, неторопливо, семенящей походкой, вошел старик — сухонький, хорошо одетый, с корзиной в руках, и на лице его была улыбка, добродушная, почти отеческая, словно он пришел не в тюрьму, а в гости к старому знакомому.

Шелтис прищурился, оглядел старика с ног до головы, и на губах появилась знакомая усмешка, едкая, та самая, которая никогда не сходила с его лица, даже когда внутри все горело.

— О, принцесса все же выписала мне пыточных дел мастера? Из столицы? От короля? — протянул он медленно, смакуя каждое слово, и в голосе звучала та ленивая насмешка, которая была его оружием, его защитой, его способом сохранить хоть крошку достоинства в этом безумии.

Старичок улыбнулся шире, и в глазах мелькнуло что-то теплое, сочувственное, словно он видел дроу насквозь, понимал каждую трещину, каждый осколок, каждую попытку удержать маску.

— Как и говорила ее высочество, вы язвительны, — произнес он мягко, и голос звучал спокойно, без осуждения, без насмешки, просто констатация факта. — Что ж, в вашем положении немудрено. Меня зовут мастер Френис, я буду шить для вас. Выходите, я постараюсь вас измерить.

Клетку открыли, и стража переглянулась, руки сжались на эфесах, но никто не двинулся с места, словно ждали, что дроу бросится на них, как зверь, выпущенный из ловушки.

Френис не боялся. Он смотрел на дроу дружелюбно, спокойно.

Шелтис медленно поднялся на ноги, цепь звякнула, и он вышел из клетки, не торопясь, двигаясь с той плавной грацией, которая была у него в крови, в каждом движении, в каждом шаге.

Доминара увязалась за ним, крутилась вокруг ног, мурлыкала, и Шелтис почувствовал, как напряжение немного отпустило, как дыхание стало ровнее, спокойнее.

Портной.

Не палач. Не пыточных дел мастер. Портной.

Боги, с каких пор это его расслабляет? Что она задумала? Что опять?

Шелтис остановился перед стариком, скрестил руки на груди, насколько позволяли кандалы, и посмотрел на него с той же насмешкой, которая никогда не покидала его лица.

— Итак, мастер Френис, — протянул он, — чем обязан?

Старик достал из корзины измерительную ленту, развернул ее, и на лице появилась задумчивость, словно он уже представлял, как будет выглядеть готовое изделие.

— Вам заказаны одежды в вашей традиции. Дроуской, — произнес он спокойно, и Шелтис замер от удивления. — Принцесса Иштиара, однако, настояла, чтобы это был серый, цвет дома Антар, ее драконьего рода. Строго говоря, цвет дома Антар — стальной, как их чешуя. Но у нас с вами есть немного свободы. Мы вольны действовать по своему усмотрению — от жемчужно-серого и до практически черного. Я бы советовал темнее. Но, возможно, вы предпочитаете какой-то оттенок?