Книга Истинный на 21 день, страница 31 – Кира Эро

Я рывком выдернула у одного из стражников наручники, которые им ну никак не удавалось надеть. Шелтис улыбнулся так широко, что стало не по себе.

Протянул руки.

— Вы же знаете, только дракон владеет сокровищем.

Вот же гад!

Рраз, и перевернул доску. Не совсем перевернул, конечно, но этот хитрющий дроу-лис только что обозначил собственные правила. Стража точно теперь без меня к нему не войдет. А еще, он закрепил, прямо вот закрепил – что я сумасбродная идиотка, которая применяет пытки к собственному абсолютно покорному сокровищу.

Арррх!

Ладно, я тебе сейчас устрою.

Его потащили к кольцу в полу перед решеткой, прижали силой явно чрезмерной, он посмеивался вместо сопротивления. Но стража явно мстила за разбитые носы. Я не остановила.

Колени Шелтиса ударились о камень с глухим стуком, и один из стражников соединил цепь на руках с кольцом в полу.

Шелтис оказался на коленях, но выглядел при этом почти царственно.

Восхитительный гад.

Ненависть, красота и страсть.

Я немедленно вынула из прикроватной тумбы то, что приготовила еще утром – деревянный гребень, дающий ооочень особые ощущения. И зеркало.

Стражники вышли, дверь закрылась, и мы остались вдвоём.

Я села рядом с Шелтисом на пол, поджала ноги под себя. Первый клинок матриарха Альдеона, непобедимый дроу напрягся, и по-моему, даже испугался.

Метка на запястье чесалась, пульсировала. Шелтису все не нравилось. Только что не рычал. Что за пытку теперь задумала эта сумасшедшая?

— Что, чешуйчатая, снова будешь издеваться? — спросил он, и голос звучал спокойно, почти скучающе, но я видела, как дрожат пальцы, как напряглись плечи, как дыхание стало чуть более частым.

Доминара подошла, потёрлась о мою ногу, замурлыкала. Я погладила её за ушком, и настроение стало чуть лучше. Хотя бы что-то сегодня шло так, как нужно. Правда, еще через секунду Доми подошла к дроу и ткнулась в него носом. Шелтис сжал кулаки.

Не поддаваться на уловки врагов, да?

Пушистый враг принял к сведению, оперся передней лапкой о мускулистую грудь, вытянулся всем телом и коварно лизнул шершавым языком серый нос.

Я подвинулась ближе к пленнику, протянула руку к его волосам, и он дёрнулся, пытаясь увернуться, цепь звякнула, но я уже коснулась расчёской серебристых прядей, провела гребнем от корней до самых кончиков, медленно, неспешно, наслаждаясь ощущением шелковистых волос, скользящих между зубцами.

Шелтис замер.

Застыл так, будто его ударили молнией. Дыхание сбилось, плечи напряглись, и через метку хлынуло столько эмоций, что я едва не уронила расчёску. Возбуждение. Дикое, неконтролируемое, почти болезненное, смешанное с шоком и чем-то тёмным, горячим, нарастающим, как волна.

Боги, да он же…

Я продолжила расчёсывать, не торопясь, проводя гребнем снова и снова, разделяя пряди, распутывая узелки, чувствуя, как он дрожит всё сильнее. Шелтис вцепился в цепь, костяшки побелели, дыхание стало рваным. Он пытался держать маску безразличия, но она рассыпалась на глазах, и я видела каждую трещину, каждый осколок, каждую попытку удержать контроль.

Я разделила волосы на пряди, заплела две косы сверху, совсем немного, чтобы волосы не падали на лоб, остальные волосы оставила распущенными. Боевые косы дроу. Альм дал мне книгу, старую, пропахшую пылью и временем, про дроу. Эта традиция показалась мне забавной.  Знак воина, уходящего в бой, благословение перед битвой.