Книга Не жизнь, а роман!, страница 79 – Юлия Меллер

А Бертран всё никак не мог успокоиться и спорил с Катериной, правда, на её месте почему-то был Леон, следующий за ним по пятам.

— Отец вырастил нас с братьями, не умея считать и читать, деду тоже эта наука не пригодилась, хотя он вроде умел разбирать буквы и числа. Знаю, что дед разговаривал на любом языке свободно. Тебя же выучили языку басков или англичан?

— Да, ещё мне знаком язык сельджуков и германский.

— Молодец, только зачем это?

Леон пожал плечами. Специально не учил, но у деда в замке бывали разные люди, гостят, работают, вот и получилось само собой.

— Я надеюсь, ты не забивал себе голову чтением книг?

Юноша отрицательно покачал головой. Ещё чего не хватало, ковыряться в нудных летописях или жития святых!

— Молодец, — буркнул Бертран, не зная радоваться или нет. Можно было бы попросить сына показать буквы, наверняка там ничего сложного, но растили рыцаря, а не…

Берт с шумом вобрал в себя воздух, сквозь зубы.

Ну и дурак же он!

Это он младший сын — пожизненно воин, не смеющий ни на что надеяться, но судьба неожиданно смилостивилась над ним, и он получил земли, а к приданому Женевьевы сумел заработать достаточно денег, чтобы затеять строительство замка. Он так приучил себя к мыслям, что рыцарство — его судьба, что даже вкладываясь в постройку, в нём внутри ничто не изменилось. Наоборот, его жизнь стала сложнее и труднее, но для Леона всё будет по-другому! Уже с появлением Катрин всё меняется! Его сыну не придётся всю жизнь проводить в седле, подвергая себя опасности. Он обязан быть отличным воином, но так же должен стать рачительным хозяином!

Бертран с досадой сплюнул и оглянулся на возвышающуюся башню. Это ж надо, мастер на днях обратился к нему, тряс чертежами, спрашивая под каким углом тесать камень для окна, а он пригрозил ему быть битым, если тот сам не разберётся. Так потом увидел каменщика возле жены, и как ей не противно общаться с чернью? Но Катрин держала в руках чертёж и что-то объясняла мастеру, а потом они вместе отправились в башню и наверху размахивали руками. Если бы их не было видно снаружи, то он бы убил наглого каменщика, но кто-то отвлёк Бертрана, а на следующий день он увидел, что окно начали ставить, не задерживая стройки.

Не выдержав, он быстрым шагом пошёл в башню и, поднявшись наверх стал смотреть, как сделано арочное окно в полукруглой башне.

— Смотри Леон, твоя мачеха разобралась, как тут всё устроено, а у меня мозги набекрень, — раздражённо заметил он.

— Дамы не должны в этом разбираться, — копируя деда, поджал губы юнец.

— Вот и я о том же! А она, видишь, всё знает, а я как дурак рядом с нею! — неожиданно закончил он и, посмотрев на сына, притянул его голову к себе ближе:

— Ты учись сынок, всему учись, чтобы никакая девка перед тобою нос не задирала! — страстно проговорил он, и резко развернувшись, бегом спустился по лестнице.

Леон, не ожидавший такой эмоциональности от отца, лишь кивнул в ответ. Вот уже третий уважаемый им человек говорит ему поучиться у мачехи, но как к ней подольститься? Захочет ли она учить его? И тут понял: а она уже его учит!

Вроде просто болтает, чтобы скрыть неловкость между ними, а незаметно рассказала, что за мягкие надутые квадраты-подушки у него, как их делали и кто. Он ещё не видел маленьких девочек кухонной работницы Анет, а уже знает о них, и ему интересно.